ВЕРЖБИЦКИЙ
Что ты этим хочешь сказать?
КЛИМОВ
А что если Брюс всё-таки попал в лапы к немцам? И что именно этим объясняется приезд фон Бергензее в Пинск? При всей засекреченности проекта «Андроген», нельзя стопроцентно поручиться, что немцам о нём ничего не известно.
ВЕРЖБИЦКИЙ
Ну спасибо, Павел Аркадьевич. Умеешь утешить.
КЛИМОВ
Это всего лишь предположение. Не более.
ВЕРЖБИЦКИЙ
Но и не менее… Что у нас вообще есть на этого, благородных кровей эсэсовца?
КЛИМОВ
К сожалению, немного. (Открывает портфель, достаёт папку) Я бы даже сказал — крохи.
ВЕРЖБИЦКИЙ
Давай сюда свои крохи.
Климов передаёт начальнику тоненькую папку, на титуле которой, помимо текста с установочными данными и пометками о секретности и учётных номерах, наклеено любительское фото Гюнтера в штатском.
3.13. ЗМЕЕВО БОЛОТО. ОСТРОВОК БОЛЬШОЙ ЗМЕЙ. ПРИБРЕЖНАЯ ПОЛЯНА. НАТ. ВЕЧЕР
Лагерь, разбитый немецким отрядом. Уже ощутимо стемнело, так что главное яркое пятно здесь — это довольно мощный костёр, поддерживаемый не «для сугреву» (жара лишь немного спала), а для освещения и, главное, для дыма (какая-никакая защита от комарья). Два стрелка стоят где-то в «секретах», четверо отдыхают — спят, соорудив себе лежанки на земле и накрывшись с головой одеялами[7]. Спящие немцы расположились парами: двое соорудили лежанки поближе к костру, а другие двое, напротив, подальше от него, на границе лагеря, в темноте. У костра сидит Краузе, он заканчивает письмо жене: «…поцелуй от меня Лилит и скажи, что я раздобыл для её коллекции очень красивую расписную деревянную лошадку. Передавай приветы Фриде и старому забулдыге Дитриху. Будьте умницами. Ваш папа Генрих». Откуда-то из темноты появляется Кнут, неся охапку камышей. Он подбрасывает их в огонь, и поскольку камыши мокрые, тотчас начинает валить едкий белый дым. Кнут садится возле костра, снимает накомарник, замечает фотографию, выглядывающую из блокнота Краузе.
КНУТ
Ваша семья?
КРАУЗЕ
Да.
КНУТ
Можно посмотреть? (Краузе молча передаёт ему фото) Красивая у вас жена… Дочка больше на неё похожа, а сын — на вас. Вылитая копия.
Кнут возвращает фотографию, Краузе любовно смотрит на неё.
КРАУЗЕ
Эрик. Мой первенец. (Тускнеет) В прошлом году записался добровольцем.
КНУТ
И где сейчас воюет?
КРАУЗЕ
Группа армий «Север», 254-я пехотная дивизия. Так же, как и вы, связист-очкарик. (Вздыхает) Только, в отличие от вас, дохляк — кожа да кости. (Усмехается горько, намекая на себя) Ну да есть в кого… Последнее письмо пришло неделю назад, откуда-то с юга Эстляндии. (Убирает фото) Мой мальчик со своими товарищами с боями прорывается к Таллину, а его папаша отсиживается за линией фронта, где ворует кур у крестьян и ползает по болотам, гоняясь за горсткой красных бандитов. Вот дерьмо, а? (Кнут неопределённо пожимает плечами) Хотите шнапсу, Кнут?
КНУТ
Нет, спасибо.
КРАУЗЕ
Как хотите. А я выпью.
Достаёт фляжку, делает долгий глоток. Кнут поднимается с земли.
КРАУЗЕ
Вы куда?
КНУТ
С вашего позволения, мне нужно отлучиться. (Смущённо) По нужде.
Краузе хохочет.
КРАУЗЕ
Обязанность испрашивать позволение старшего по званию на то, чтобы посрать, в общевойсковом уставе вооруженных сил армии рейха, по счастью, пока не прописана. (Вдогонку) Не забудьте фонарик! Чтобы змея ненароком не укусила прямо в голый зад.
Оставшись в одиночестве, Краузе некоторое время задумчиво смотрит на огонь, а затем снова прикладывается к фляжке.
3.14. ЗМЕЕВО БОЛОТО. ОСТРОВОК БОЛЬШОЙ ЗМЕЙ. РЯДОМ С ЛАГЕРЕМ. НАТ. ВЕЧЕР
Подсвечивая себе фонариком, Кнут уходит с поляны в темноту и осторожно добредает до той самой ложбины-ямы, в которой спит Иван. Чтобы освободить руки, Кнут берёт фонарик в зубы, далее расстёгивает ширинку, начинает облегчаться. Так оно получается, что прямиком на Ивана, который от того резко выныривает из сонного забытья и страшно рычит.
Иллюстрация Максима Ляпунова
ИВАН
Куда ссышь, немчура?!
Кнут от неожиданности впадает в ступор. Он даже не может закричать, поскольку в зубах у него фонарик, свет которого падает как раз на возникшего из темноты русского. Иван рывком вскакивает, мощно бьёт Кнута в лицо, отчего тот как подрубленный падает на спину. Фонарик отлетает в сторону. Иван напрыгивает на немца. Схватив двумя руками за ворот гимнастерки, несколько раз «встряхивает», припечатывая затылком о твёрдую почву. Кнут теряет сознание.
7
На войне немцы повсеместно пользовались шерстяными одеялами, тогда как советские солдаты обходились одной шинелью, она была с ними практически всегда — зимой на плечах, летом в скатке.