Стóит немного пояснить насчет Тома.
Во-первых, живет он у матери. Разумеется, я тоже, но Том жил в родительском доме и до того, как пара канарских догов вцепились в него, как Майк Тайсон в ухо Эвандера Холифилда.
Во-вторых, Том относится к тем типам, кого Джерри называет лошарами. Простофиля. Добрый и наивный. Над такими всегда все смеются, будь они и живыми. Вполне возможно, Том учился в вашей школе: помните мальчика в вельветовых брюках и клетчатой рубашке? Он всегда обедал в одиночестве, и из его шкафчика постоянно пропадали вещи. Сразу на ум приходят проделки с натянутыми на голову трусами, которые любят устраивать некоторые шутники.
В-третьих, даже среди зомби Том чувствует себя неуверенно. Понятно, что все мы то и дело ощупываем свои швы и раны или трогаем бугорки на торчащих наружу костях. Однако Тому свисающие лоскуты кожи прямо-таки не дают покоя, будто он все никак не может свыкнуться с мыслью, что они есть на самом деле, либо надеется каким-то образом от них избавиться.
А тут еще у него стащили правую руку. Похитили. Типа пошутили. Никому и дела нет до его чувств и до того, как он будет удерживать равновесие.
Это неправильно. Нужно что-то менять. Что-то делать. Как говорил Джордж Герберт Уокер Буш, «агрессия не пройдет!».
Поэтому я пишу письмо. Составляю петицию. Требование о защите своих конституционных прав. В частности, я упираю на четырнадцатую поправку, в которой говорится примерно следующее: «Ни один штат не может применять законы, которые ограничивают привилегии его граждан, либо лишают какое-либо лицо жизни, свободы или собственности без соблюдения норм отправления правосудия, или отказать какому-либо лицу в равной защите со стороны закона».
И здесь я сталкиваюсь с проблемой определения терминов «гражданин» и «лицо» в языке, коим написана четырнадцатая поправка и вся конституция — профессиональном языке, в котором подчас трудно разобраться, с косвенными ссылками на «лица» и без единого упоминания о зомби. А как же право на жизнь, свободу и стремление к счастью? А очевидная истина, что все люди равны от рождения, будь они и воскресшими? Об этом сказано в Декларации независимости, что, впрочем, толкованию конституции не противоречит. Идея-то хорошая, но в ней скорее красивые слова, чем правда: как только дело доходит до практики, воплотить в жизнь ее невозможно.
Разумеется, никаких подвижек не будет, пока мы не предпримем некие действия для изменения своего статуса нежити. Не перестроим представление живых о себе. Проблема зомби возникла не сегодня. Почти с начала прошлого века мы составляем общепризнанную часть культуры.
В годы Великой депрессии зомби прикидывались бездомными и стояли в очереди за хлебом вместе с безработными, что не особо приветствовалось, ведь мы отнимали еду у живых. В начале тридцатых годов только Герберта Гувера[7] ненавидели больше, чем зомби.
Вторая мировая война дала нам шанс предложить свою помощь обществу: большая часть воскресших мужчин поднялась на защиту страны. Однако их участие в военных действиях правительство утаило, наш вклад вычеркнули из истории. Живые не желают знать, что первыми в Нормандии высадились войска, состоящие из американских зомби.
Пятидесятые годы ознаменовались началом движения за права афроамериканцев, и зомби подвергались жесточайшей дискриминации. Публичные линчевания стали обычным делом; чтобы принять в них участие, вовсе не обязательно было вступать в ряды ку-клукс-клана. «Счастливые дни»[8], тоже мне.
В шестидесятые некоторые из нас скрывались во Вьетнаме или в Хейт-Эшбери[9]. Однако с окончанием войны и «кислотных путешествий» мы снова угодили в ту же реальность, что и раньше. С тем исключением, что не было публичных линчеваний. И появилось диско.
За тридцать прошедших с тех пор лет особо ничего не изменилось.
Думаю, пришло время это исправить.
Глава 15
Поразительно, сколько чудесной еды живые растрачивают впустую.
Молочные коктейли. Мороженое. Кофе.
Бублики. Овощные супы. Круассаны с ветчиной и сыром.
Кинг-бургеры. Биг-маки.
Кажется, им бы лучше съесть все это, а не швырять в беззащитного зомби, стоящего в пикете на Соквел-авеню перед заброшенным бюро ритуальных услуг с плакатом «МЫ ТРЕБУЕМ ПРЕДОСТАВЛЕНИЯ ГРАЖДАНСТВА». Я для них как подвижная цель в тире.
Приверженцев здорового образа жизни, остановившихся, чтобы запустить в меня все содержимое сумок, набитых продуктами без красителей и консервантов, яйцами от не сидящих в клетках кур и мягким тофу, я даже не считаю.
7
Герберт Кларк Гувер (1874–1964) — 31-й президент США (1929–1933), от Республиканской партии. Его правление ознаменовалось тяжелейшим экономическим кризисом — Великой депрессией.
8
«Счастливые дни» (Happy Days) — американский ситком, режиссер Гарри Маршалл. Выпущен в эфир в 1974 г. В сериале идеализируется жизнь в США 1950-х — 1960-х годов.
9
Хейт-Эшбери (Haight-Ashbury) — район Сан-Франциско. В 1960-е годы место сосредоточения хиппи.