Милостивый государь Князь Петр Михайлович
Покорнейше прошу Ваше сиятельство приказать отпустить под расписку секретаря моего <…> пятьсот шестьдесят рублей ассигнац. на покупку одного экземпляра полного собрания законов Российской империи, <…> назначенного его императорским величеством в подарок известному сочинителю Александру Пушкину <…>
А. X. Бенкендорф — П. М. Волконскому.
11 февраля 1832. Петербург.
Милостивый государь мой
Александр Христофорович!
Имею честь уведомить Ваше высокопревосходительство, что требованные Вами отношением от 11-го сего февраля за № 97 на покупку одного экземпляра полного собрания законов Российской империи, назначенного его величеством в подарок известному сочинителю Александру Пушкину 560 р. отпущены из Кабинета его и-го велич. сего числа <…>, прося покорнейше Вас, милостивый государь мой, о получении сих денег не оставить Вашим уведомлением.
П. М. Волконский — А. X. Бенкендорфу.
22 февраля 1832. Петербург.
Милостивый государь Князь Петр Михайлович
В следствие отношения Вашего Сиятельства <…> честь имея уведомить Вас, милостивый государь, что отпущенные из Кабинета Его Величества пятьсот шестьдесят рублей на покупку одного экземпляра полного собрания законов Российской империи, Всемилостивейше назначенного в подарок сочинителю Пушкину, мною получены, пребываю с совершенным почтением и преданностью <…>
А. Х. Бенкендорф — П. М. Волконскому.
1 марта 1832. Петербург.
Милостивый государь Александр Христофорович.
С чувством глубочайшего благоговения принял я книгу, всемилостивейше пожалованную мне его императорским величеством. Драгоценный знак царского ко мне благоволения возбудит во мне силы для совершения предпринимаемого мною труда, и который будет ознаменован если не талантом, то по крайней мере усердием и добросовестностию.
Ободренный благосклонностью Вашего высокопревосходительства, осмеливаюсь вновь беспокоить Вас покорнейшею просьбою: о дозволении мне рассмотреть находящуюся в Эрмитаже библиотеку Вольтера, пользовавшегося разными редкими книгами и рукописями, доставленными ему Шуваловым для составления его «Истории Петра Великого».
По приказанию Вашего высокопревосходительства препровождаю к Вам одно стихотворение, данное мною в альманах и пропущенное уже цензурою. Я остановил печатание оного до разрешения Вашего высокопревосходительства. <…>
Пушкин — А. Х. Бенкендорфу.
24 февраля 1832. Петербург.
Милостивый государь, Александр Сергеевич!
По письму Вашему от 24 февраля, докладывал я государю императору, и его величество всемилостивейше дозволил Вам рассмотреть находящуюся в Эрмитаже библиотеку Вольтера, о чем и сообщено мною г. министру императорского двора.
А. X. Бенкендорф — Пушкину.
29 февраля 1832. Петербург.
10 mars 1832. Bibliothèque de Voltaire[126].
А. С. Пушкин. Дневниковая запись
В 1832 году Александр Сергеевич приходил всякий день почти ко мне, также и в день рождения моего принес мне альбом и сказал: «Вы так хорошо рассказываете, что должны писать свои записки», — и на первом листе написал стихи: «В тревоге пестрой и бесплодной» и пр. Почерк у него был великолепный, чрезвычайно четкий и твердый.
Генерал,
Его величество, удостоив меня вниманием к моей судьбе, назначил мне жалованье. Но так как я не знаю, откуда и считая с какого дня я должен получать его, то осмеливаюсь обратиться к Вашему превосходительству с просьбой вывести меня из неизвестности. Благоволите простить мою докучливость и отнестись к ней со свойственной Вам снисходительностью. <…> (фр.)