Первая из выступавших девиц напоминала Джорджа, обмотанного рыбацкой сетью. Только она была ещё крупнее. Вед в сети. С ног до головы обмотанная сотней каких-то занавесок, девица принялась гулко прыгать по сцене, не в такт музыке — потому что уловить ритм не смог бы никто. Когда у музыкантов иссякли силы, девица умчалась вон, так и не сняв с себя ни одного лоскутка. Минуту спустя она появилась в зале и стала с каждым здороваться за руку.
— Зачем она жмёт нам руки? — спросил я Кыша. Надо было, конечно, спросить кого-нибудь с нормальной дикцией.
— Незнакомые… друзья… трахаться! — радостно проорал он, пытаясь перекричать новый приступ активности оркестра.
— Что?.. — переспросил Генри, который не сумел разобрать ответ.
— Незнакомые… друзья… трахаться, — повторил я.
Генри покачал головой, так и не поняв ничего. А я и сам ничего не понял.
Последовало ещё несколько девиц разных форм и размеров, и каждая, покабаретив немного на подиуме, спускалась в зал и торжественно жала нам руки. Чем-то это напоминало визит королевской семьи, которую развлекают народными танцами. Для Генри это было слишком (слишком много или слишком мало — не знаю).
— Они что, раздеваться-то будут? — проорал он официанту, пытаясь перекричать оркестр.
— А? Вам цыпленка?.. — заорал в ответ официант.
Мы просидели там ещё с час, и девицы не сняли с себя ни ниточки. Тогда мы дезертировали — Кыш, впрочем, остался.
— Позже… много… ого! — обещал он; впрочем, на следующее утро на работе по нему было видно, что “ого” он так и не дождался.
Из “Голубой звезды” я велел Джорджу везти меня обратно в мой отель. Со мной поехал иностранный корреспондент, который работал в Индии уже пять лет и знал чуть ли не все ходы-выходы. Мы решили принять по рюмочке на сон грядущий.
— Трудно понять, почему в стране, где когда-то царила полная сексуальная открытость, сегодня секс — табу, — начал он. Джордж вытянул шею, прислушиваясь. — Года три назад я написал статью на эту тему. Представляете, большинство мужчин здесь бывали в борделях по единственной причине: они никогда в жизни не видели обнаженной женщины!
— Вы имеете в виду — молодые холостяки? — уточнил я.
— Да нет же! Примерно четыре пятых всех женатых мужчин никогда не видели обнаженной даже собственную жену! Индийское общество крайне зажато в сексуальном отношении. Большинство мужчин, к примеру, не знают, что женщина может испытывать оргазм. Кстати, большинство женщин тоже этого не знают. Даже язык тут пуританизирован. Например, вместо “сексуального домогательства” скажут — “он дразнил даму[133]”.
— Господь карает грешников СПИДом, — тоном проповедника изрек Джордж, который явно не мог более молчать.
— Я бы сказал, СПИДом людей карает их невежество! — возразил корреспондент. — На недавней медицинской конференции, которую я освещал, оказалось, что больше половины участников — врачей и ученых-медиков, между прочим! — практически ничего о СПИДе не знают. Это при том, что носителей вируса сегодня уже больше миллиона. А к концу века жертвами СПИДа станет около пятнадцати миллионов человек…
— Между прочим, мы предложили разработать кампанию против СПИДа, — сказал я, — собственно, я ее разработал. Удалось даже договориться о размещении материалов кампании в прессе, на радио и телевидении, — почти везде были готовы помещать эти материалы даром. Но соответствующие власти не проявили интереса.
— Что вы, правительство и не проявит никакой инициативы в этом направлении. Существует реальная угроза смертельной и заразной болезни, но правительство не может или не хочет говорить об опасности — потому что нельзя открыто обсуждать что бы то ни было, связанное с сексом.
На другое утро, по дороге в офис, Джордж нервно спросил меня:
— Сэр, ведь СПИДом нельзя заболеть только из-за того, что говоришь о нем, правда?..
Через некоторое время после нашей экспедиции в “Голубую звезду” в Дели прилетел один из наших иностранных клиентов, представитель международной компании. Я уже встречался с ним в Гонконге и несколько ночей подряд показывал ему город. Но в Дели обширная экскурсионная программа не планировалась. За коктейлем в его гостинице он поинтересовался, чем мы займемся вечером.