Потом был производитель маргарина.
В то время мягкий маргарин был новинкой, и потребители, привыкшие к сливочному маслу, отнеслись к нему с довольно большим предубеждением. Одна из компаний попыталась продавать такой маргарин в Калькутте, но не учла, что во многих магазинах холодильники — проблема, и маргарин быстро превращался в жирную слизь. И вот другой производитель, из Пенджаба, решил проблему сохранения маргарина добавкой консервантов, и обратился к нам по поводу рекламы нового продукта. Джордж был болен (на сей раз по-настоящему), и я поехал вместе с нашим генеральным менеджером. Ещё с нами поехал наш коммерческий директор, тот самый, что называл меня “Ниил Кедди” и вверг меня в первое моё приключение в Индии.
Дорога была долгой и казалась ещё длиннее из-за непрекращающейся перебранки моих спутников. Генеральный считал, что коммерческий директор ничего не понимает в рекламе. А коммерческий директор не понимал, о чём говорит его начальник. Это было всё равно что ехать с Лоурелом и Харди[166].
Мы остановились пообедать на станции обслуживания на самом севере Харьяны[167]. В вестибюле размещался киоск, продававший сувениры и журналы. В центре витрины красовался пневматический пистолет, немедленно приобретённый коммерческим директором на том основании, что “мы можем столкнуться с бандитами”[168]. Его такая возможность, похоже, забавляла, но мне она спокойствия не прибавила.
— А мне казалось, что днём тут довольно безопасно, — нервно заметил я.
— Это как повезёт, — захихикал коммерческий директор.
— Нет, нападение очень маловероятно, — встрял генеральный менеджер. — И во всяком случае вас-то, скорее всего, не убьют, а похитят с целью выкупа, вы же иностранец!
До маргариновой фабрики мы добрались во второй половине дня. Нас встречал старый школьный друг нашего коммерческого директора. Из его полных энтузиазма восклицаний можно было понять так, что заказ уже у нас в кармане, и нам не о чем беспокоиться, если только нас не убьют бандиты. Надо только сделать представление директору.
— Представление чего? — поинтересовался я. Ведь мы, естественно, ещё не могли подготовить кампанию, это была первая встреча!
— Разумеется, представление ваших достойных особ!
Что же, мы их представили. Я показал также образцы нашей рекламы, включая то, что было сделано для кампании в Химачал-Прадеше. Им как будто понравилось, и после нескольких вопросов нас попросили подготовить раскрутку маргарина.
— Давайте отпразднуем это! — предложил генеральный на обратном пути в Дели.
В ближайшем городке мы отыскали винный магазин (для разнообразия не именовавший себя “английским”). Я попросил бутылку джина и ящик тоника.
— Тоники? Какие тоники? — переспросил хозяин.
— Самый приятный способ профилактики малярии[169], — пошутил я. Но виноторговец озадачился ещё сильнее.
— Тоник, — попытался я объяснить, — вода такая. С пузырьками.
— Вода?.. С пузырьками?.. — беспомощно повторил торговец.
Наш генеральный отодвинул меня в сторону, объяснил что-то на хинди, и я получил шесть бутылок “Лимки” — очень сладкого лимонада, совсем не похожего на тоник, но, в общем, вполне употребимого с джином.
Мы заказали комнаты в мотеле “Игл” — “Орёл”, при котором имелся также пивной бар. Согласно нашему коммерческому директору, это был “лучший мотель в Пенджабе”. Не знаю, не знаю. По мне, это было архетипическое сооружение — точная копия мотеля Бейтса из “Психо”[170]. Когда меня повели показывать мой номер (я шёл неохотно, вспоминая фильм), коммерческий директор крикнул вслед:
— Вам повезло, Ниил! У вас номер с кондиционером!
Да. А ещё номер выглядел так, словно стены покрыты ржаными сухариками.
— Пожалуйста, не включайте нагреватель и кондиционер одновременно, — предупредил портье.
Это звучало разумно — очевидно, максима той же философской школы, которая учит “Не нажимайте одновременно тормоз и акселератор”. Но только после ухода портье я сообразил, что речь шла о нагревателе для воды. Очевидно, он опасался перегрузки.
Тут я обнаружил, что занимаю свою сухарную комнату не один. Несмотря на сетки на окнах, номер делили со мной эскадрильи москитов. Я был назначен им в жертву, а тоника для защиты от малярии у меня не было. Тогда я сбежал в комнату к генеральному менеджеру; она была почти в точности как моя, если не считать, что её стены были покрыты чем-то, напоминающим по виду овсяную кашу, только малинового цвета. Да, и ещё эту комнату забыли оборудовать москитами. Для начала я выпил несколько порций джина с “Лимкой”; на пустой желудок это привело к небольшим галлюцинациям. Например, в числе прочего мне привиделся “Биг-Мак”.
166
Знаменитый дуэт британских комиков (Стэн Лоурел (Артур Стенли Джефферсон) и Оливер (Норвелл) Харди), работавший в стиле грубоватых шуток, с буффонадными стычками и пр. (первая половина ХХ века).
168
Действительно, до сравнительно недавнего времени на территории Пенджаба действовали бандиты — “дакойты”, нападавшие на проезжающих, особенно на междугородние автобусы. Часть банд была ликвидирована усилиями полиции и армии, часть — капитулировала на очень благоприятных для себя условиях. “Королева бандитов” Пхулан Деви стала даже национальной легендой. Позже много говорили об опасности со стороны сикхских экстремистов… В целом, в последнее время угроза нападений стала значительно меньше.
169
Действительно, тоник содержит хинин, и, действительно, первоначально хинная настойка с лимоном, содовой водой и джином употреблялась как лекарство и профилактическое средство от малярии. Правда, действенность обычного тоника как профилактического средства, а тем более лекарства, невелика.