Выбрать главу

Дело в том, что прецеденты уже были. В истории Рима. После того как квириты, потомки Ромула, из добродетельных селян превратились в избалованных горожан, они перестали стремиться к солдатской службе. Тогда Гай Марий (156—86 гг. до ХЭ) провел военную реформу, и воинское дело стало не почетной обязанностью граждан, а профессией. Это позволило Марию победить нумидийского царя Югурту, разгромить тевтонов и кимвров. Потом он возглавил популяров, эдакую партию народных демократов.

И тут на сцене появляется Луций Корнелий Сулла (138—78 гг. до ХЭ). Квестор Мария во время Югуртинской войны. Легат во время войны Союзнической, когда против Рима восстали италийцы. Верховный главнокомандующий в войне против царя Понта Митридата VI Евпатора.

Именно Луцию Корнелию Сулле принадлежит одно из выдающихся изобретений в истории западной цивилизации. Когда в ходе политической грызни 88 г. до ХЭ популяры отстранили его от весьма прибыльного главнокомандования войной на сказочно богатом Востоке, Сулла не растерялся. Он сообразил, что Рим — тоже город. А взятие города — штатная тактическая задача. И профессиональные легионы Суллы двинулись к столице. Сторонники популяров пытались защищаться — память о гражданском ополчении была еще жива, да и по тогдашним военным технологиям брошенная с крыши черепица тоже была оружием. Но сопротивлялись недолго, все же организация всегда побеждает. Марианцы были разбиты, десять тысяч из них — казнены.

Такую же операцию Сулла повторил после триумфального возвращения с Понтийской войны. В 83 г. до ХЭ марианцы опять терпят поражение у Коллинских ворот Рима. Шесть тысяч казненных, появление проскрипционных списков — занесенный в них убивался, семья изгонялась, а имущество доставалось победителям. Сулла провозглашает себя бессрочным диктатором. То есть появление профессиональной армии положило конец римской демократии, хотя ее внешние формы существовали еще долгие века.

Но это было чисто организационное мероприятие. Опиравшееся на нежелание сытых горожан служить в легионах. А сегодня мы сталкиваемся с неумолимым развитием технологий. Даже там, где предусмотрено право граждан на ношение оружия и создание ополчения, вряд ли гражданские формирования могут оказать серьезное сопротивление войскам, оснащенным авиацией и тяжелой артиллерией, не говоря уже об оружии массового поражения.

НЕИЗБЕЖНЫЙ переход на роботизированную армию лишь усугубит этот разрыв. И неизбежно состоится реинкарнация Луция Корнелия Суллы, на сей раз командующего не профессиональными легионами, а железными солдатами. Не угадать, кому, когда и где, но кому-то обязательно придет мысль о том, что СВОЯ столица — столь же приемлемый ландшафт для боевых действий, как и район очередных поисков ОМП или наведения конституционного порядка.

Обусловленное движением технологий отстранение гражданина от участия в боевых действиях неизбежно отстраняет его и от участия во власти, всегда замешанной на насилии, делает пустой оболочкой самые развитые и древние демократические институты. Неважно, кто окажется новым Суллой — программист боевых систем, офицер по спецтактике роботов… Важно, что традиционные методы «сдерживания и противовесов» не сработают принципиально, как были бессильны против легионеров Суллы апелляции народных трибунов. Свободу сохранит лишь тот, чей интеллект будет метасистемой куда более разумной, чем «мозги» боевых роботов, а не тот, кто защищен «правами человека».

ПИСЬМОНОСЕЦ: За гранью абсолютного зла

Автор: Владимир Гуриев

Боюсь показаться неоригинальным, но это письмо — из числа порядком поднадоевших вам признаний в «последнем купленном номере». Являясь вашим постоянным читателем с 1995 года, я, конечно, с грустью наблюдал деградацию когда-то интеллигентного и серьезного, но в то же время «куражистого» издания. В последнее время перегруженность журнала прямой рекламой и «джинсой» лишила его всякого подобия прежней «Терры».

Но вот №11 (679) — это уже слишком. Это — через край. За гранью добра и зла.

Давайте разберемся по порядку:

1. Mighty Mouse — ЧЕТЫРЕХкнопочная мышь! Поддержка правой кнопки на Маках существует с версии Mac OS 9, но многие до сих пор пользуются однокнопочной (профессионалы держатся привычек), и для них в OS X предусмотрена возможность переключения правой кнопки на дублирование левой. Центральную (шарик) и боковую кнопки можно переназначать на разные функции, что удобно. То, что два из пяти журналистов посчитали мышь однокнопочной, по крайней мере странно. Но это мелочи.