Выбрать главу

Как видим, крокодилы нью-йоркской канализации из легенды обрели собратьев.

Экологический символизм

В 1967 году британский фильм «Пентхауз» дал почву для рождения новой легенды.

...Некие злодеи в течение целого уикэнда терроризируют семейную парочку, которая живет в «пентхаузе» (роскошные апартаменты под крышей). И свой садизм они оправдывают тем, что якобы мстят за крокодилов в нью-йоркской канализации.

Легенда о крокодилах, возрожденная в разных телесериалах 70-х годов, — таких, как «Барни Миллер» и «Медовый месяц», привела к возникновению еще одного триллера: «Аллигатор» (1980).

...Через двенадцать лет после того, как животное выбросили в канализацию, оно превратилось в чудовище из-за заражения химическими отходами разных лабораторий. И начало всплывать на поверхность и убивать в Манхэттене всех, кто встречался на его пути. Здесь мы видим уже экологический вариант легенды, где вводится тема химического загрязнения. Крокодил представляет собой чистую агрессию в виде символической бестии. Карикатурно его всегда изображают с хищно распахнутой челюстью, готовой сожрать жертву.

Типичная тема кинематографа ужасов — появление в каких-нибудь безднах мутантов, жертв загрязнения окружающей среды, агрессивных и огромных. Легенда ограничивается небольшими модификациями: крокодилы слепнут, становятся альбиносами, у них прибавляется жестокости. Но гигантизм оставлен для триллеров. Черепашки-ниндзя, брошенные в канализацию и изменившиеся генетически в результате радиоактивного загрязнения, — это последователи крокодилов и это — реальность! Как реальны и крысы-мутанты в московском метро...            

Николай Николаев

Клады и сокровища: Сохранились даже стеклянные лампы

Идея заключалась в том, чтобы попытаться найти затонувшие сокровища там, где искать их еще никому не приходило в голову. Боб Баллард оставил океанографию и создал собственный институт по изучению загадочных явлений в Коннектикуте. В прошлом году на атомной подводной лодке он исследовал морское дно в Средиземном море и наткнулся на затонувшие останки восьми кораблей: один из них датируется периодом Римской империи — самый ранний экземпляр из известных ученым.

Именно Балларду в свое время удалось отыскать останки затонувших «Титаника» и «Бисмарка», но античность раньше его не очень интересовала. Археологи всегда считали, что в древности моряки избегали выходить в открытое море и прокладывали маршруты исключительно вдоль побережья.

Поэтому они полагали, что торговые корабли, идущие в Рим из Карфагена, находившегося на территории теперешнего Туниса, делали короткий бросок через море, достигая Сардинии или Сицилии, а остаток маршрута шли вдоль береговой линии. Найти затонувшие корабли вдоль прямого пути через Тирренское море представлялось маловероятным. «Этот прогноз в большой степени похож на самовнушение, — говорит Баллард. — Ситуация напоминает известную историю про пьяницу, который ищет ключи от автомобиля под фонарем, потому что там светло.

Конечно, мореплаватели тех времен хорошо знали о коротком прямом пути. Вопрос, следовательно, в том, решались ли они им следовать. Будучи не только моряками и судовладельцами, но и торговцами, они были сильно заинтересованы в скорейшем обороте капитала. Поэтому мои исследования сосредоточились в этом направлении».

В июне 1996 года в 120 километрах к северо-западу от западной оконечности Сицилии, на глубине около 800 метровисследовательская подводная лодка NR-1, оборудованная мощным сонаром, созданным в свое время для отслеживания советских подлодок в арктических льдах, начала поиск затонувших кораблей на участке площадью в 20 квадратных миль.

Баллард рассказывает: «Почти каждый день находили все новые и новые корабли. Пришлось даже остановиться, потому что не успевали наносить находки на карту». Корабли сохранились почти целиком в отличие от тех обломков, которые остаются от них на мелководье. Просто во время штормов корабль погружался на дно и постепенно обрастай илом.

Хотя обшивка и не сохранилась, а древоточцы частично разрушили дерево, значительная часть кораблей и груза, покрытые илом, остались неповрежденными. Сокровища спокойно лежат там. Будто они ждали именно нас на протяжении двух тысяч лет. Такое впечатление, что они говорят: «Наконец-то вы пришли, где же вы были так долго?»

Пять из восьми обнаруженных кораблей принадлежат римской эпохе — от I века до н. э. до первых веков нашей. Еще один — средневековое мусульманское судно с грузом стеклянных ламп, которые использовали в мечетях.

 

И еще два корабля затонули уже в XIX веке. С помощью дистанционно управляемой маленькой подлодки «Язон» Баллард поднял на поверхность медные и бронзовые горшки, терракотовые амфоры и кувшины, в которых, скорее всего, хранили вино, масло, консервированные фрукты или рыбный соус; море пощадило даже хрупкие стеклянные лампы. Один из римских кораблей перевозил гигантские гранитные блоки и колонны, использовавшиеся при постройке храмов.

Гранитные блоки Баллард поднимать не стал, так же, как и многое другое. «Ведь это были не раскопки», — говорит археолог. Хотя вдоль этого маршрута, безусловно, очень много затонувших кораблей, сейчас Баллард планирует исследовать восточную часть Средиземного моря, предоставив археологам возможность изучать найденные сокровища. «Думаю, в открытом море находится во много раз больше исторических ценностей, чем во всех музеях, вместе взятых; мы только сейчас начинаем открывать пирамиды глубин». 

По материалам иностранной печати подготовил Николой Николаев

 

Клады и сокровища: Клад смоленского помещика

Все началось с письма. Оно пришло нам, московским кладовикам, от учителя сельской школы Михаила Семеновича Лаптева (фамилия изменена — А. Р.).

«Я давно занимаюсь краеведением, писал из смоленской глубинки Лаптеп, — и то в одиночку, то с учениками обошел все окрестности. Места у нас исторические — одних старинных усадеб в округе можно насчитать не менее десятка. Рассказывают, что один местный помещик накануне войны 1812 года закопал клад. Помещик тот погиб на войне, наследники его долго искали клад да ничего не нашли. И деревенские наши искали, все овраги за усадьбой перекопали. Признаться, и я в молодости выходил с заступом... Мне кажется, в этой легенде есть правда — я сужу по архивным данным...»

Известно, что легенд о кладах много. И, как показала практика, они в основном представляют лишь фольклорный интерес. Но эта ссылка в письме на архивные данные... Короче — мы не устояли и отправились в дорогу.

Никакого специального снаряжения у нас не было. И спонсоров, способных расщедриться на аппаратуру магнито-сейсморазведки, тоже. Мы взяли с собой только металлоискатель «Фишер». С нами поехал и Карен Геворкян, которыи считает себя лозоходцем и иногда попадает в точку.

До цели мы добрались без приключений. На окраине села, над прудом, в вросшем пейзажном парке виднелся хорошо сохранившийся деревянный усадебный дом с двумя боковыми флигелями. На другой стороне пруда среди черных ветвей деревьев виднелись мрачные руины полуразрушенной церкви с колокольней. За церковью начинались те самые овраги, о которых писал в письме учитель; по оврагам петляла небольшая речушка.