Его лицо задергалось, и рука, сжимавшая бокал, вновь завибрировала – но безрезультатно. Предусмотрительный Чарли уже вернул «Фундадор» на его место в кухне. Придется Хуан-Хуану бороться за самоконтроль без содействия алкоголя.
– Dios mío! – продолжил он, подвывая от переполнявших его эмоций. – Эти крутые повороты, где между краем дороги и дном долины нет ничего, кроме пяти сотен метров свежего воздуха. Jesús, Maria y José! – воскликнул он, в отсутствие спиртного вынужденный обращаться за поддержкой к святым в качестве запасного варианта. – Я уж думал, что настал момент встретиться с Создателем. Но когда мне навстречу вылетел тот автобус, ехавший по моей полосе с разворота над виллой «Трамунтана», я просто закрыл глаза, со сверхчеловеческой силой вывернул в сторону рукоятки и стал молиться. Hombres, я слышал панические вопли turistas из автобуса, когда мчался мимо них на головокружительной скорости.
– Incrédulo[321], – прокаркал Пеп, на которого рассказ не произвел ровно никакого впечатления.
– И когда я открыл глаза, то увидел, что левые колеса трактора и тележки съехали с дороги, en aire libre![322] Я видел, как подо мной люди в саду виллы «Трамунтана» бросились в укрытие. Если бы не огромная скорость, с которой я поворачивал, то клянусь, я бы сорвался вниз. Мне пришел бы каюк. Muerto![323] Меня спасла только центробежная сила… э-э… y los santos[324]. – Хуан-Хуан послал торопливый взгляд небесам.
– Так как вам удалось остановиться? – спросил я, в душе моля святых Хуан-Хуана о скорейшем завершении этого эпоса.
– О нет, остановиться было невозможно, amigo. Гравитация тянула меня все быстрее и быстрее вниз по склону – каждый поворот был кошмаром. Мне пришлось призвать неведомые мне самому доселе резервы силы, чтобы управлять трактором на том серпантине. Я не менее сотни раз прочитал Ave Maria. Поверьте, только когда я выехал на ровный участок дороги перед вашими воротами, скорость снизилась и я смог остановить трактор. И конечно, это настоящее чудо, что я вообще смог свернуть с шоссе на вашу дорогу. Под конец меня несло с такой фантастической скоростью, что я боялся проскочить мимо поворота. Мог так и мчаться до самого Андрача. Только представьте, что это было бы за desastre, если бы я ворвался на улицы города на этом свихнувшемся тракторе! Santo Padre![325] Побоище… кровопролитие… паника… множество смертей…
– Множество дерьма, – просипел Пеп из-за фонтана искр от своей cigarrillo. – Я наблюдал за тем, как ты ехал с горы, – как раз сидел на крыше и все видел оттуда. И ты ехал так медленно, что даже бабушка моего мула обскакала бы тебя не вспотев. Твой рассказ – сплошная брехня. Basura![326] На что угодно готов ради бесплатной выпивки, а?
– Брехня? Что значит брехня? – запыхтел Хуан-Хуан. – Это ты несешь всякую чушь. Ни один мул на свете не смог бы обогнать мой трактор, несущийся под таким углом. Все полностью вышло из-под контроля, и…
– Sí, exacto! Все вышло из-под контроля! С ногами мула этого никогда не случилось бы. Дайте мне мула для любой работы. А свой трактор оставьте себе. – Старый Пеп тоже разгорячился. – Caramba! Мул будет работать для тебя весь день и потом еще преподнесет тебе бесплатную кучу навоза, чтобы удобрить землю, а вот из-за тракторов страна все глубже увязает в долгах какому-то проклятому нефтяному шейху.
Хуан-Хуан выпрямился во весь свой невысокий рост и смело посмотрел в глаз Пепу – с разумного расстояния.
– Только не говорите мне о кучах ослиного дерьма! – выкрикнул он. – Кому нужны эти ослы и мулы! Если бы я не ехал с горы на взбесившемся тракторе, то сейчас бы так тебя отделал, что дерьма в твоих pantalones[327] было бы столько, сколько ни один мул не наделает за год! Vate a la mierda![328] – Лишь совсем недавно обретший контроль над своими нервами, довольно уравновешенный по характеру плотник теперь был на грани срыва.
Пеп же был в восторге. Сначала ему удалось взвинтить Элли, которая защищала права домашней птицы, а теперь вот и Хуан-Хуан завелся с пол-оборота, стоило только вовлечь его в вечный и неразрешимый деревенский спор о том, что лучше: мулы и ослы или тракторы. Да, Пеп прекрасно проводил время.
К счастью, прежде чем Пеп успел затеять еще одну ссору, во дворе появилась Элли. Она грозно потрясала пакетом с кубиками куриного бульона.