Недда схватилась за перила и замерла, поставив ногу на ступень. Она покачала головой. Нет, она не станет прятаться, не может этого допустить. Что, если преступник настигнет невинного человека, который войдет через парадную дверь?
Она должна позвонить в полицию.
Но что она скажет?
Я слышу шум в доме. У меня не работает сигнализация.
Недда помнила, что в ночь вторжения не могла себе позволить раздумывать над каждым шагом. Она взглянула на нож для колки льда. Она сможет сделать это снова.
Райкер залез на стул, чтобы достать коробку из глубины стенного шкафа. Спустившись, он бросил ее на пол к ногам Мэллори.
— Я тогда был совсем маленьким. Каждый вечер после ужина они выкладывали содержимое этой коробки на стол. Мама называла кухню «комнатой убийства». — Райкер поднял коробку и понес ее на кухонный стол. — Первые преступления были совершены в девятнадцатом веке, и везде узнаваем почерк Человека-Трости. Закончилось все в сороковых годах двадцатого века, в год массовой резни.
— Сколько поколений убийц? — спросила Мэллори, которую немного успокоило, что Райкер отказался от истории с привидениями.
— Три, — он сел за стол и открыл коробку. — Первый был маленьким безумным негодяем в «Адской Кухне»[15], работал на ирландцев. Начал карьеру в тринадцать лет. В те дни его называли Ножом. Больше всего местные жители боялись дневных убийств. Он, бывало, подходил к жертве на улице среди бела дня и приканчивал ее.
— Он был настолько безумен, что не заботился о свидетелях?
— Вот именно. А кто захочет связываться с соседом-психопатом? Все знали, кто он, даже местный шеф полиции, и молчали.
Райкер достал пачку пожелтевших газетных вырезок и фотографий, диаграмм и клочков бумаги с поблекшими записями.
— Это его мать, — он постучал пальцем по ламинированной фотографии, вырезанной из старой газеты. — Умная женщина. Она была посредником во всех его делах. И, что удивительно, гадала на Таро, маскируя заключение контрактов на убийство. Ни дня не провела в тюрьме. Ее сын был сумасшедшим, самым настоящим. Мать откупалась от полицейских всякий раз, когда они начинали задавать вопросы. И вот однажды создали новую комиссию по расследованию коррупции среди полицейских. Копы занервничали и устроили на ее сыне показательное выступление. В один день закрыли несколько десятков убийств, а утренние газеты трубили честь и хвалу полицейскому департаменту, — Райкер улыбнулся. — Ну как не любить этот город?
— Тогда и погиб Нож?
— В первый раз? Нет, позже. После ареста его приговорили к принудительному лечению в психиатрической клинике. И тогда появляется его дублер — санитар по имени Джей Холли.
Райкер закрыл каждый сантиметр стола стопками бесчисленных папок с делами — смерть громоздилась на смерти.
— Этого ты не найдешь ни в полицейских отчетах, ни в исторических книгах. На записки Пинвитти просто жалко смотреть по сравнению с исследованиями деда, — Райкер нашел портрет из архива Полицейского департамента Нового Орлеана и передал его Мэллори. — Это Джей Холли. Он заключил с гадалкой сделку.
— Она что, заключила контракт на…
— На собственного сына? Да. Ее безумный сынок был слишком опасен, чтобы оставлять его в живых. Рано или поздно выплыло бы, что за всеми убийствами стояла мать. — Райкер снова стал рыться в бумагах, пока не нашел список дорогих покупок гадалки, недвижимости и прочих приобретений, стоимость которых далеко превосходила возможности ее товарок. — Старуха не собиралась терять хороший доход, поэтому наняла Джея Холли, чтобы убить сына в лечебнице. Ножа задушили подушкой, — он подтолкнул к Мэллори старую копию свидетельства о смерти.
Мэллори взглянула на дату и потянулась к желтой газетной вырезке.
— А через пять дней происходит следующее убийство ножом для колки льда. Я поняла. Она заплатила Джею Холли, чтобы представить своего убитого сына невинной жертвой. Теперь старуха тоже чиста.
— Да, — Райкер положил перед Мэллори еще один документ, еще одну смерть. — А потом…
— На следующий день она опять при деле, — продолжила за него Мэллори. — В качестве посредника нового убийцы. Но полицейские больше не беспокоят ее.
— Дед просто расцеловал бы тебя, детка. Именно к такому выводу он и пришел. Джей и старуха отлично работали вместе, пока та не умерла — от инсульта. Вскрытие не производили. Дед решил, что это первая смерть от укола ножом для колки льда в ухо. На том же месте появилась новая гадалка, молодая и симпатичная. Затем Джея Холли поймали в Новом Орлеане. Здесь-то в камере предварительного заключения он и встретился с нашим подопечным.
15
«Адская Кухня» — район между 34-й и 59-й улицами и от Восьмой авеню до р. Гудзон в Нью-Йорке. Это название впервые появилось в «Нью-Йорк таймс» в 1881 году в связи с громким массовым убийством.