Чарльз возвел очи горе. Но не в молитве.
— Зачем же… — Он смолк, пытаясь побороть досаду. — Зачем тогда привлекать меня к этому делу? Вторгаться в ее…
— Потому что она одержимая.
— Нет, Мэллори, не поэтому. Придумай что-нибудь другое.
— Я хочу, чтобы ты поговорил с Битти Смит. Ты утверждаешь, будто не знаешь ее. — Мэллори убрала дневники в шкаф. — Теперь знаешь.
Он покачал головой, но спорить было бесполезно.
— Ты меня подставила.
Ее брови поползли вверх, как бы говоря: «Да? Ну и что из этого?»
— Значит, ты предлагаешь допрашивать эту женщину, используя то, что я узнал из ее дневников?
— Она не хочет говорить с полицейскими. Она просто сыплет цитатами из Библии.
Да, если я пойду и долиною смертной тени…[4] Немудрено, учитывая впечатления Битти от общения с Мэллори.
— Синдром Туретта[5], только на библейской почве, — сказала Мэллори. — Спускайся и поговори с ней. Заставь ее говорить.
— Я не собираюсь ее…
— Или это сделаешь ты, или этим займусь я.
Мэллори грозила — да что там, фактически обещала вытрясти душу из крохотной хрупкой женщины. Скоре всего, Битти Смит и без того в ужасе, а Мэллори вполне может сойти за разбушевавшуюся социопатку, что, однако, не мешало ему восхищаться ею. И хотя Чарльз понимал, что шантаж Мэллори — лишь часть игры, он согласился.
Она вышла и закрыла за собой дверь, после чего в темноте из-под кровати раздался тонкий возглас:
— Что?
Чарльз наклонился и увидел, как попугай покидает свое укрытие. Он припадал на одну лапку, не мог двигаться по прямой, петлял и ходил по кругу. На одном крыле не было маховых перьев, хвост шлейфом волочился по полу. Клетка хромоножки стояла на полу. Все указывало на то, что птица передвигается только пешком и не может летать.
Чарльз взял пузырек с лекарством: витамины, прописанные ветеринаром. Он с трудом разобрал имя птицы — Рэгз. В другом пузырьке оказалось снотворное, уже для человека. Чарльз проверил дату отпуска лекарства и высыпал содержимое пузырька на ладонь, чтобы пересчитать таблетки.
Все на месте.
Очевидно, в этом месяце Битти не мучила бессонница. А может, она боялась спать?
На двери красовался увесистый засов. Массивный стальной шпингалет блестел, как новенький, очевидно, его установили совсем недавно. Значит, Битти боялась. Но чего? Или кого?
Детектив Райкер думал о том, знает ли мисс Зимнер, как много наделала сегодня ошибок. И решил, что, пожалуй, о нескольких просчетах она догадывается. Теперь они сидели за кухонным столом и с подозрением смотрели друг на друга.
Он улыбнулся. Она тоже.
— Итак, мадам…
— Зовите меня Недда.
— Необычное имя.
И незабываемое для Райкера. Его младшего брата звали Недом. Но многие знали Недду под другим именем — даже старики, которые помнили громкие скандалы прошлого, раздутые желтой прессой. Впрочем, прозвища нередко передавались из поколения в поколение. Он уже не сомневался в том, кто она такая, но не спешил поделиться с ней догадкой.
— Может, попробуем разобраться с неувязками в нашем деле? — предложил Райкер. — И тогда мы раз и навсегда оставим вас в покое.
Как бы не так.
Он быстро просмотрел свои записи в маленьком блокноте, словно ему нужно было освежить в памяти все детали.
— На прошлой неделе кто-то пытался проникнуть в ваш дом. Сегодня вечером попытался опять, и в результате мы имеем труп. Рядом с телом обнаружен нож для колки льда, который грабитель, похоже, принес с собой.
— Но выводы делать рано, так?
Райкер пролистал еще несколько страниц.
— Совершенно верно. — Он увидел, что Недда улыбается. — Вы знали, что человек, который лежит на ковре у вас в гостиной, обвинялся в убийстве трех женщин? Мы хотели бы увязать прошлые убийства и сегодняшнее происшествие в одно дело. Избавить себя от лишней бумажной работы. Но такое счастье нам выпадает редко. Мы очень хотим верить, что убийца ворвался в дом с ножом для колки льда. Но есть одна загвоздка: это вещь дорогая, отделанная серебром.
— Как-то не вяжется с его обликом, да? С порванной потной футболкой, и вообще.
— А где ваш нож для колки льда, Недда? Мы проверили мини-бар в гостиной, там ножа нет. Может, он в кухне?
— Понятия не имею, детектив. Я редко пью крепкие напитки.
— И вы не можете сказать, чей это нож — ваш или его?
— К сожалению. — Недда поставила на стол пепельницу, и Райкер достал сигареты, о которых мечтал весь вечер.
5
Синдром Туретта — нервное заболевание, в числе симптомов которого — неконтролируемое сквернословие.