Всего для декорировки виллы Серебряковой было выполнено восемь работ — маслом на холсте (не считая многочисленных, как всегда, вариантов, вполне законченных работ, почему-либо не удовлетворявших живописца). Четыре лежащие обнаженные (чуть прикрытые драпировками) женские фигуры, помещенные в углах карт, олицетворяли времена года, а в простенках между окнами помещались панно, также аллегорические: «Правосудие», «Флора», «Искусство» и «Свет». Прекрасное знание женского тела, так много раз вдохновлявшего Серебрякову на создание «Обнаженных», помогло ей блестяще справиться со сложной задачей — необходимостью считаться с изменением пропорций фигур при взгляде на них снизу. Тщательнейшим образом продумана и атрибутика для обозначения аллегорического смысла изображенного. Так, кроме находящегося в доме Броуэра известны два, если не три, вполне законченных панно «Лето», где лежащая женщина по-разному держит снопы. Превосходна и обнаженная (очевидно «Вода»), у ног которой корзина с рыбой — великолепно, как всегда у Серебряковой, написанный натюрморт. Недаром Е. Е. Лансере — она послала ему фотографии своих живописно-декоративных работ — оценил их очень высоко.
Правосудие. Эскиз росписи для виллы Броуэра. 1935
Флора. Эскиз росписи для виллы Броуэра. 1935
«Так они (панно. — А. Р.) мне понравились, — пишет он Серебряковой. — У тебя есть именно то, чего нет вокруг: помимо выдумки то, что называют композицией. Они хороши в своей простоте исполнения, завершенности формы, поэтому монументальны и декоративны и помимо сюжета и размера. Ты так хорошо, связно, цельно понимаешь (в смысле передачи) форму предметов.
И вот недавно беседовал о рисунке и технике живописи с одним приятелем, художником из Харькова, а он и говорит (указывая на твои): „Да ведь вот то широкое, классическое понимание формы человеческого тела, которое нужно!“…
Самою складною фигурою мне кажется „Юриспруденция“ (с весами внизу). Это панно особенно нарядно и богато заполнено. При всей простоте, скупости, так сказать, украшений, атрибутов… Менее удачна фигура с атрибутами искусства: некоторая жесткость в движении, в позах…
Из лежащих менее нравится повернутая вправо с кувшином, а первым номером я поставил бы (из лежащих) — с колосьями. Завидую тебе, что ты так просто, так гибко, широко и законченно умеешь передавать тело…»[110]
Аллегория воды. Эскиз росписи для виллы Броуэра. 1936
…Мои «росписи» так и застряли — ничего не сделала до сих пор, иссякла окончательно моя энергия и ничего не смогла «из себя выжать»… Здесь же ничего в искусстве не делается, вокруг все то же увлечение чепухой и мерзостью. Главное, нет модели, с которой бы я могла работать. Натурщицы здесь хорошие редки и так недоступно дороги, что я не могу никого пригласить позировать…
Трагично, что Серебрякова так и не узнала, что эти монументально-декоративные работы ее и сына сохранились — она предполагала, что они погибли во время войны[111].
К сожалению, Серебряковой до конца ее жизни не удалось больше решать задачи, подобные росписи бельгийской виллы, хотя эта работа принесла и много разочарований — и творческих, вследствие полного несоответствия росписи и обстановки, в которой она должна была существовать, и, конечно, неизвестности о ее судьбе, и чисто материальных — «заказчик все тянет с расплатой и хочет меня обмошенничать», вероятно, не совсем справедливо пишет Серебрякова[112]. И с показом своих работ, столь необходимым для художника, становилось все труднее и труднее. Последняя во Франции ее выставка, открытая для публики, состоялась в галерее J. Charpentier в конце января 1938 года, но несмотря на блестящий состав[113], материального успеха не имела. Весной 1954 года Серебрякова с сыном и дочерью устроили выставку в своей мастерской — это был показ их творчества для сравнительно узкого круга друзей и ценителей.
111
Росписи З. Е. Серебряковой на вилле «Le Manoir» были обнаружены и проанализированы Н. А. Авдюшевой-Лекомт, и их история опубликована ею в сборнике «Борис Григорьев и художественная культура XX века» (Псков, 2001), а также в статье «Мануар не погиб» в журнале «Respect-Антик» (2003, март — апрель. С. 38–40).
112
З. Е. Серебрякова — Т. Б. и Е. Б. Серебряковым, 26 апреля 1937 г. // З. Серебрякова. Письма. С. 115.