Под статуей три трона, которые занимают бородатые дяди: все трое в древнегреческих аболлах с хламидами,[7] в руках их были посохи, а на ногах некая пробковая обувь. Честно сказать, я знал, по роду деятельности, как называются у греков элементы и виды одежды, но обувь всегда упускал — вроде как бутафоры никак эти кожаные оплётки не называют, а вот одежду в древнегреческой классике надо знать, ведь в некоторых трагедиях тексты требуют озвучивать реплики о всяких хитонах, аболлах и гиматиях…
— Живой, — констатировал средний судья. — Сними свою маску и назовись, незваный.
— Дмитрий, сын Ибрагима, — сообщил я ему и снял маску.
— Меня зовут Эаком, — представился судья мёртвых. — Зачем ты нарушаешь покой царства мёртвых?
— Здесь есть два человека, которых я должен вернуть в мир живых, — честно назвал я цель визита. — А ещё о двоих людях я хочу просто справиться.
Вопрос о родителях я всегда держал в голове, потому что очень хочется узнать, что же с ними стало, а ещё, если получится, надо с ними поговорить. Попрощаться, хотя бы…
— Я вижу скорбь в твоих глазах, — поделился левый судья. — Эти люди умерли в мире живых?
— Да, — ответил я.
— Тогда назад вернуться они не смогут, — произнёс Левый. — Таково слово моё — царя Миноса.
— Подтверждаю, — кивнул Правый. — Таково слово моё — Радаманта.
— Нет возможности вернуть их, — включился Средний, который Эак. — Таково и моё слово.
— Вы здесь не решаете ни хрена, — криво усмехнулся я. — Сидите, делаете вид, что на что-то влияете, но все мы знаем, за кем последнее слово.
— Возвращайся обратно к живым, Деметрий, — велел мне Эак. — Не вздумай идти дальше!
— Останови меня, — ответил я на это и продолжил путь.
— Ты не ведаешь даже, что тебя ждёт! — выкрикнул Минос.
— Да-да, слышал уже что-то подобное и не раз… — бросил я через плечо.
Пропускаю фиктивных судей, которых Аид назначил сугубо для прикола, надеваю маску и иду вглубь владений царя подземного мира. Нужно с ним встретиться, справиться о доставке даров от меня и вообще, выведать диспозицию.
Обхожу суд и…
— Вот этого разум воспалённый мой не предвосхитил… — констатировал я и бросился к ближайшему валуну.
Глава восьмая
Зря
— Как бы не попасть в этот переплёт… — осторожно выглядываю я из-за серого валуна.
А на фоне происходило форменное побоище в духе эпических пеплумов 60-х годов.
В грандиозной битве участвовало две стороны: некие люди, причём настолько пёстро одетые, что совсем непонятно, кто такие, а также краснокожие рогатые гуманоиды.
Люди вооружены по-всякому, начиная от копий и мечей, заканчивая боевыми молотами и топорами, а краснокожие гуманоиды сражаются, преимущественно, копьями паршивого качества.
Встревать в чужую драку я желанием не горел, поэтому решил отсидеться за камнем и дождаться, когда это всё закончится.
Достаю сигарету, сую её в рот и подкуриваю, после чего, попыхивая дымом, начинаю готовить себе перекус. Костёр разводить нежелательно, а то ещё увидят меня, поэтому вскрываю консервную банку с говяжьей тушёнкой, баночку с маринованным тунцом, достаю 0,33 литровую бутылочку колы и приступаю к трапезе.
Смотрю внимательно на продолжающуюся битву, ем и пытаюсь различить детали схватки. Смотреть есть на что, ибо бьются, как в последний раз, не жалея ни себя, ни других.
На мой прикидочный взгляд, суммарно, участвует около двадцати тысяч бойцов с весьма вариативным снаряжением.
Краснокожие и рогатые экипированы бронзовыми и стальными бронями, всё такое, вроде бы аккуратное, но местами нарочито экзотическое и кричащее о богатом внутреннем мире носителей: блевотные концентрические узоры на кирасах, кожаные и костяные плюмажи на изысканно-уродливых шлемах, щиты с человеческими лицами с очень эмоциональными гримасами, а на некоторых есть брони, которые не защищают ни от чего. Например, один рогатый тип «защищён» металлическими полосами, закрывающими торс с широкими интервалами, причём это не недоработка, а прямо так и задумано. Кто-то носит шлемы, перекрывающие обзор практически полностью, а у кого-то щиты из бронзовых прутов, что нивелирует смысл такого щита почти что до нуля.
Люди же тоже оснащены бронзовыми и стальными бронями, но есть такие, у кого нет ничего, кроме щита и меча или копья. Брони в стиле Античности и Средневековья, щиты, правда, цельнометаллические, каплевидные — видимо, тяжёлые штуки.