— Мог ли ты вообразить себе подобное, Марко? Ты даже представить себе не сможешь, сколько сил мне пришлось приложить, дабы не спалить конклав кардиналов, что прибыли на созыв для выбора нового Папы Римского сразу же! — сейчас два друга сидели в одной из множества комнат Апостольского дворца, что наиболее подходила для встречи в уютном уединении двух братьев по оружию, где им ни кто не мог помещать.
— И именно поэтому после того, как ты был назначен Папой Римским, твоим первым указом и распоряжением было лишения сана двадцати шести кардиналов из этого совета, и последующее и неслыханное их аутодафе через повешение, да на площади перед Апостольским дворцом? Мировая общественность до сих пор не может поверить в это, и по всей Европе в кулуарных разговорах тихо шепчутся о том, а не вернётся ли вновь инквизиция и не начнут ли гореть костры на площадях? — отпил из бокала разбавленное вино уже глава инквизиции, которой как бы формально и нет, а существует она лишь для очень ограниченного числа посвященных в это лиц. Всё же в своё время, дабы снизить накал страстей между религиозной и светской властью Ватикану пришлось объявить о прекращении действия инквизиции и ликвидации этой структуры. Хотя всё это было формальностью и её просто переименовали. Теперь она именовалась Священная Конгрегация доктрины веры[7].
— А мне плевать, о чём там говорят, зажравшиеся от вседозволенности, монархи и остальная подобная им братия. Надо будет, будут и костры гореть!!! — зло ударил кулак о столик Венченцо, что ныне, после восшествия на святой престол взял себе имя Конон II, что с древнегреческого означает трудолюбивый, и именно оно нашло в в его душе отклик, когда он подбирал себе новое имя для становления понтификом. Откуда ж Венченцо было знать, что именно в этот момент Святозар решил узнать, как там дела у его старого товарища, и часть ментального тела одного из потоков сознания Змия находилось в разуме Венченцо посредством связи пока ещё кардинала и эгрегора Единого, где Святозар теперь чувствовал себя как дома. Вот и среагировало внимание Святозара на имя Конон, когда Венченцо перебирал подходящие для восшествия на престол новое имя. Сам же Святозар и виновник заварившейся каши в Европе в тот момент пребывал в эгрегоре и ограждал то самое место, которое вызывало в нём тревогу, барьером и лишил его питания ба-хионем, что очень положительно сказалось на чувстве, сигнализирующем об опасности и обещающем проблемы в будущем. После возведения барьера оно стало затухать, но окончательно не погасло и всё ещё продолжало тревожить нового администратора эгрегора. Так что Святозару в любом случае придётся туда лезть.
— Ты просто не знаешь и не видел того, что мне показал мой дар о этих животных, людьми у меня язык не поворачивается их назвать. Это было сборище извращенцев и грешников. Подумать только, только четыре кардинала из всей коллегии кардиналов имели право на этот сан, остальных не то что в Ватикан, даже в качестве прихожанина на порог церкви пускать было нельзя! А то что я приказал их повесить, так поделом им, и Иудова казнь как раз по их души.
— И что же за грехи были за ними, что ты приказал их вздернуть? — Полюбопытствовал Марко.
— Казнокрадство у святой церкви, да в таких масштабах, что на эти деньги можно было год кормить всех голодающих Европы! Извращения, педофилия, а один из них вообще еженедельно ложился под осла!!! — на такое откровение Марко аж поперхнулся, когда делал очередной глоток из кубка, слушая обличительную речь понтифика, — Но не это было самым омерзительным. Самое ужасное для меня было то, что среди них нашлись предатели веры, те кто пошёл на службу отродьям бездны!!! Куда, я тебя спрашиваю, смотрела в этот момент инквизиция? — и теперь недобрый взгляд Венченцо, точнее теперь уже Конона, уперся в переносицу Марко.
— А в этом вновь заслуга твоего предшественника, Льва XIII, графа Печчи. Именно он издал указ о недопустимости свершения следственных мероприятий в отношении любого из кардиналов, сделав их неподсудными и наделив неприкосновенностью до его личного разрешения на обратное. Такие вот дела, Венченцо, — новоиспеченный Папа Римский дал своё разрешения Марко называть его по-старому и привычному имени, данному от рождения, — А Льва то ты зачем спалил? — сегодня был первый день с момента воскрешения Венченцо, когда у двух друзей появилось немного свободного времени на то, чтобы обсудить всё произошедшее за прошедшие десять дней, с того момента, как Венченцо огнем и мечом прошёлся по Риму. После их прибытия в Ватикан уж слишком быстро и стремительно понеслись и завертелись события. Ведь культ демонопоклонников крепко и глубоко пустил свои корни в самых верхах руководства церкви.
— А как мне было реагировать иначе, когда встретившись взглядом с прошлым главой Святой Церкви, я увидел сидящим на троне тварь, у которой на душе находилась рабская печать, от которой тянуло такой мерзостью, что меня чуть там же и не стошнило, — аж передернулся Венченцо на воспоминания о том дне, — Я всё ещё плохо контролирую свой дар Карающего взора, а в тот момент он среагировал спонтанно и стал действовать быстрее моего собственного разумения. Эххх… по-хорошему нужно было бросить эту мразь в одну из пыточных твоей службы или же моего ордена и вытрясти из неё всё, что ей известно о их культе.
— А ты ещё был против того, что я настоял на том, чтобы мы подняли всех рыцарей твоего ордена и моих воинов, перед тем как отправиться на встречу с Папой. Если бы не наши люди, что считай в тот момент взяли в окружение и осаду дворец понтифика, нам бы после пришлось очень долго разбираться с разлетевшейся вестью об этом. Хорошо, что наши люди никого не выпустили с территории, пока каждый из секретариата Ватикана не принёс клятвы о неразглашении, после того как их всех проверили и не выловили среди них культистов. А ведь могли вспыхнуть бунты, и поди потом докажи прихожанам, что ты не верблюд, а Папа был демонопоклонником.
— Ладно, признаю! — подняв вверх руки, как бы сдаваясь, произнёс кардинал, — ты был прав, — не любил Венченцо признавать своей неправоты, но если такое случалось, он это делал.
— Какие же изменения теперь ждут нашу церковь?
Марко нужно было знать, к чему готовиться, ведь его товарищ явно не собирался останавливаться на достигнутом, и церковь ждут серьезные перетрубации, если вообще не реорганизация всей её структуры.
— Нужно привлечь всё наши силы и выловить всех мразей, что продались демонам преисподней. А это значит, нужно привлекать всех доступных рыцарей дракона, ведь поиск и выслеживания одна из сильнейших сторон этой братии. Также я приказал секретариату разослать письма с приглашением на встречу всем епископам и кардиналам, аббатам, настоятелям монастырей, дабы они в течении года объявились в Ватикане и повидались со мной. Я, конечно, надеюсь на лучшее, но присутствует у меня чувство уверенности, что висельница перед Апостольским дворцом ещё пригодится и не стоит спешить её разбирать. За теми же, кто не явится на встречу ко мне в течении года, отправятся твои люди и доставят ко мне. При оказании сопротивления дозволяю применять по отношению к ним силу. Мне всё равно, в каком состоянии вы доставите их ко мне, главное чтобы они предстали передо мной живым. Остальное не важно.
Сделав жадный глоток и промочив пересохшее горло, Венченцо продолжил.
— Также ты соберёшь группу молодых юношей, что находятся в твоём подчинении, искренне верят в бога и хотят сражаться с тьмой, но по каким-то причинам не могут это сделать на поле брани. Я наделю их даром чувствовать ложь и видеть истину. После же они в составе группы, состоящей из твоих людей, моих рыцарей и ведьмаков отправятся по всем владениям католической церкви с аудитом. Будут проверять бухгалтерию всех наших приходов, храмов, монастырей, епископств и аббатств. В случае обнаружения воровства и стяжательства они будут обладать правом предавать виновного анафеме через повешение, костер ещё надо заслужить!!! Если же расследование приведет к тому, что часть уворованного утекло к его родственникам, не связанным с церковью, то необходимо будет обратиться к местному правительству и по мирскому суду вернуть украденное. Если местная власть будет оказывать сопротивление в восторжествовании справедливости, то я лично отлучу каждого из этих негодяев от святой церкви. Соответствующую булу я уже подготовил и она мной утверждена. Только огласке я придам её лишь после того, как будут готовы аудиторские группы. Далее. Я распорядился, чтобы при каждом монастыре был открыт приют для обездоленных, где каждому найдется посильный труд, за который они будут кормиться от пуза. Кто не работает, тот не ест! Я жизнь положу на то, чтобы в моей вотчине, где распространяется наша вера, не было беспризорников, и у них была возможность на достойное будущее. Будут открываться бесплатные школы и вузы. В общем, много чего я ещё решил сделать, но пока хотя бы с этим справиться.