Выбрать главу

Крестьянин по имени Хатташ, живший в паре миль от того места, регулярно проходил мимо по пути в Ксар-эс-Сегир и обратно. У Хатташа не было постоянной работы, но он вечно вынюхивал, чем бы поживиться на рынке и в кофейнях. Похваляясь своей хитростью, он охмурял иноземцев, под которыми разумелись все живущие за пределами Анджры. Его друзья тоже недолюбливали чужаков и радовались его подвигам, но старались с ним не связываться.

За несколько месяцев Хатташ сдружился с солдатами, обитавшими в палатке, часто останавливался выкурить с ними трубочку кифа или, присев на корточки, сыграть пару партий в ронду. Поэтому, когда солдаты решили позвать гостей, они естественно рассказали об этом Хатташу, который знал всех на несколько миль

окрест и, стало быть, мог услужить. Солдаты прибыли с юга, жили в уединении у реки и видели только тех кто регулярно проходил мимо их палатки.

Я могу достать вам все, что захотите, сказал Хатташ. Куры, овощи, масло, специи, салат - что угодно.

Прекрасно, но мы хотим еще девочек или мальчиков, прибавили они.

Насчет этого не волнуйтесь. Будет из чего выбрать. Что не понравится, отправите обратно.

Битый час обсуждали они, во сколько обойдется пикник, после чего солдаты вручили Хатташу двадцать пять тысяч франков. И он сделал вид, что пошел на рынок.

Но вместо этого отправился к ближайшему фермеру и купил у него пять лучших кур, договорившись, что, если они не понравятся заказчику, тот сможет вернуть их и забрать деньги.

Вскоре Хатташ уже стоял с курами у солдатской палатки. Ну, как? - спросил он. Ремонтники пощупали птицу, рассмотрели и подтвердили, что куры отличные. Хорошо, сказал Хатташ, тогда отнесу их домой и приготовлю.

Затем он вернулся с курами к фермеру и сказал, что покупатель их забраковал. Крестьянин пожал плечами и отдал Хатташу деньги.

Самое время убираться из Ксар-эс-Сегира, решил Хатташ. Он зашел в кафе и пригласил всех вечером в солдатскую палатку, добавив, что там будет еда, вино и девки. Потом купил хлеба, сыра, фруктов и зашагал по тропе, ведущей через горы в Хемис-дл-Анджру.

На двадцать пять тысяч франков он смог прожить в Хемис-дл-Анджре несколько недель. Когда деньги кончились, начал подумывать, куда бы пойти еще.

Как-то утром он встретил на рынке Хаджа Абдаллу - зажиточного фермера из Фарсиуа, деревни, расположенной всего в паре миль от его родной. Дюжий и свирепый Хадж Абдалла всегда поглядывал на Хатташа подозрительно.

А, Хатташ! Что ты здесь делаешь? Давненько тебя не видел.

А ты? - спросил Хатташ.

Я-то? Еду в Тетуан. Оставлю здесь мула и сяду на автобус.

И я туда же, сказал Хатташ.

Ну, увидимся в Тетуане, ответил Хадж Абдалла, после чего развернулся, отвязал мула и ускакал.

Хемис-дл-Анджра - городок маленький, и, без труда проследив за Хаджем Абдаллой, Хатташ заметил, где он привязал мула и в каком доме затем скрылся. Хатташ побрел к остановке и сел под деревом.

Примерно через час, когда автобус уже наполнился под завязку, явился Хадж Абдалла и купил билет. Хатташ подошел к нему.

Одолжи тыщу франков? На билет не хватает.

Хадж Абдалла глянул на него. Нет, не могу, сказал он. Почему тебе не остаться здесь? И сел в автобус.

Нехорошо сощурившись, Хатташ снова уселся под деревом. Как только автобус уехал, а облако дыма и пыли понеслось над лугами, он побрел обратно к дому, где Хадж оставил мулицу. Та стояла на месте, он тихонько отвязал ее, сел верхом и поскакал в сторону Мгас-Тлеты. Вне себя от обиды, он поклялся задать Хаджу Абдалле кучу хлопот.

Мгас-Тлета - это небольшой чар. Хатташ отвел мулицу на фондак и попросил сторожа присмотреть за ней.

Умирая с голоду, он поискал в карманах монетку на хлеб, но ничего не нашел.

На дороге за фондаком он заметил крестьянина с буханкой в капюшоне джеллабы. Не в силах оторвать взгляд от хлеба, Хатташ пошел навстречу мужчине и поздоровался. Потом спросил, есть ли у него работа, и удивился, когда мужчина ответил: нет. Не спуская глаз с хлеба, Хатташ продолжал: Если хочешь заработать тысячу франков, можешь отвести мою мулицу во Мдик. Мой отец ждет ее, и он тебе заплатит. Просто спроси Си Мохаммеда Тсули. Во Мдике все его знают. На него всегда трудится уйма народу. Если хочешь, тебе он тоже работу даст.

У крестьянина загорелись глаза. Он сходу согласился.

Хатташ вздохнул. Как давно я не видел такого вкусного деревенского хлеба, показал он на буханку, выглядывавшую из капюшона джеллабы. Мужчина вынул буханку и протянул ему. На, возьми.

Взамен Хатташ дал ему расписку на мулицу. Только тебе придется заплатить сотню франков, чтобы забрать ее с фондака, сказал он. Мой отец все возместит.

Ладно. Мужчине не терпелось отправиться во Мдик.

Си Мохаммед Тсули. Не забудь!

Ни в коем разе! Бслема.

Довольный Хатташ посмотрел крестьянину вслед, а затем сел на камень и съел всю буханку. Он не собирался возвращаться домой - не ровен час повстречаешь солдат или Хаджа Абдаллу. Потому Хатташ решил пересидеть пока в Тетуане, где у него были друзья.

Когда крестьянин прибыл на следующий день во Мдик, никто не мог ему сказать, где живет Си Мохаммед Тсули. Он исходил весь город вдоль и поперек, выискивая и расспрашивая. Под вечер пришел в жандармерию и спросил, можно ли оставить мула. Но его допросили и обвинили в воровстве животного. Просто обхохочешься, сказали жандармы и заперли крестьянина в камере.

Через пару дней Хадж Абдалла, уладив свои дела в Тетуане, вернулся в Хемис-дл-Анджру за мулицей, чтобы поехать на ней домой. Услышав, что она исчезла сразу после того, как он сел на автобус, Хадж Абдалла вспомнил Хатташа и понял, что он-то во всем и виноват. О краже следовало сообщить в Тетуан, и Хаджу Абдалле поневоле пришлось туда вернуться.

Твой мул во Мдике, сказали ему в полиции.

Хадж Абдалла сел на автобус до Мдика.

Документы, сказали жандармы. Подтверждение права собственности.

У Хаджа не было таких документов. Ему велели поехать в Тетуан и оформить.

Все эти дни, ожидая, пока составят, подпишут и заверят печатью документы, Хадж Абдалла свирепел все больше. По два раза на дню ходил в полицию. Я знаю, кто ее увел! - кричал он. Знаю этого сучьего сына.

Увидишь его - сразу хватай, говорили ему. А мы уж с ним разберемся.

Хоть Тетуан и большой город с множеством людных кварталов, случилось невероятное: поздно вечером, в узком проходе близ Сук-эль-Фуки, Хадж Абдалла и Хатташ столкнулись нос к носу.

Изумленный Хатташ застыл на месте, как вкопанный, уставившись в глаза Хаджу Абдалле. Затем он услышал яростный вопль, и его схватила мощная рука.

Полиция! Полиция! - заорал Хадж Абдалла. Хатташ задергался, но вырваться не сумел.

Прибежал один полицейский, затем другой. Хадж Абдалла ни на секунду не отпускал Хатташа и обвинил его в краже. Потом, выругавшись, ударил арестованного, и тот распластался на тротуаре. Хатташ лежал в темноте, не шевелясь.

Зачем ты это сделал? - закричали полицейские. Теперь неприятности будут у тебя.

Хадж Абдалла и сам испугался. Знаю. Не надо было его бить.

Дело - табак, сказал один полицейский, склонившись над Хатташем, лежавшим без движения. Смотри, у него кровь из головы течет.

В проходе собралась небольшая толпа. Крови было совсем чуть-чуть, но полицейский заметил, как Хатташ открыл один глаз, и услыхал его шепот: Послушайте.

Он наклонился ниже, приблизив ухо к губам Хатташа.

У него есть деньги, прошептал Хатташ. Полицейский выпрямился и подошел к Хаджу Абдалле. Придется вызывать скорую, сказал он, а ты пойдешь с нами в участок. Ты не имел права его бить. В эту минуту Хатташ застонал.

Хорошо хоть живой! - воскликнул Хадж Абдалла. Хамдулла!

Тогда полицейский заговорил с ним вполголоса, советуя замять инцидент, заплатив пострадавшему.

Хадж Абдалла согласился. Сколько, по-вашему? - прошептал он.