— Дела-а! — протянул Кузнецов. — И как это ты усмотрел?
— Просто бросил взгляд на дом и увидел, что за нами подглядывают. Пойдем познакомимся.
Через несколько минут из довольно сумбурного, сбивчивого рассказа хозяйки «домостроения, принадлежавшего ей на правах личной собственности», оперативные работники узнали, что эта машина недавно куплена ее постояльцем — Болковым[5]. Поставив вчера под вечер «Волгу» под окнами дома, он попросил хозяйку присмотреть за ней, а сам куда-то ушел. С тех пор она постояльца не видела. Откуда он и чем занимается в Москве, женщина не знала.
Однако муровцам человек, носящий фамилию Болков, был известен. Они знали, что он, нигде не работает, регулярно приезжает в Москву, занимается махинациями возле автомобильного магазина. А вот теперь, оказывается, приобрел «Волгу». Каким образом? У кого? На эти вопросы и некоторые другие мог дать ответ только владелец машины.
При личной встрече с Болковым оперативные работники выяснили, что машину он купил по доверенности, составленной на имя некоего Петрова, якобы проживающего в Московской области.
Изъятые у владельца «Волги» техпаспорт на машину и техталон к нему точно так же, как и доверенность на имя Петрова, оказались на поверку довольно умело сработанными подделками.
Тщательный осмотр автомашины показал, что номер ее кузова принадлежал «Волге», похищенной несколько месяцев назад у гражданина Семина. Заводские номера на моторе и других деталях автомобиля были перебиты.
Болков, узнав об этом, понял, что был беззастенчиво обманут еще более ловким аферистом, чем сам, и назвал продавца машины и его адрес. Им оказался житель города Ивантеевка Московской области Никита Глебов.
При обыске в доме преступника сотрудники МУРа обнаружили резиновые валики, специальные краски, сложное фотооборудование и даже универсальный гравировальный станок. Из тайников извлекли готовые клише печатей госавтоинспекции различных районов Московской области и других государственных учреждений. Поразил и гараж Глебова. Это была хорошо оборудованная автомастерская.
Преступник, похитив в Москве чужой автомобиль, перегонял его в Ивантеевку. В гараже перебивал заводские номера на деталях машины, изготовлял фальшивые документы, а затем сбывал ворованные автомобили через комиссионные магазины столицы и разных городов Московской области.
Сообщение о том, что во дворе дома номер 32/34 по Нижней Красносельской улице неизвестными смертельно ранен младший сержант милиции Вячеслав Труханов, поступило на Петровку, 38 в 17 часов 45 минут 21 ноября 1969 года. На место происшествия тотчас же выехала оперативная группа.
Брат потерпевшего Николай рассказал работникам милиции, что Вячеслав ушел от него в семнадцать тридцать. А буквально через несколько минут в квартире раздался продолжительный звонок. Он открыл дверь и увидел истекающего кровью старшего брага. «Там, во дворе, двое…» — прошептал Вячеслав и упал замертво.
Николай немедленно вызвал «скорую помощь» и сообщил о случившемся в милицию.
Осмотр двора ничего не дал. Правда, удалось установить женщину, которая видела, как из-под арки дома выскочили двое мужчин и побежали в сторону Комсомольской площади. Однако их приметы она описать не смогла: в ноябрьских сумерках женщина различила только силуэты бежавших.
Раскрытие преступления было поручено созданной той же ночью оперативно-следственной группе в составе заместителя начальника одного из отделов МУРа В. Котова (ныне В. Котов — начальник МУРа), оперуполномоченного отдела В. Зубкова, нескольких работников Сокольнического ГУВД и следователя районной прокуратуры.
Как всегда, одновременно отрабатывались несколько версий преступления. И первая из них — убийство младшего сержанта милиции совершено из мести. Работникам МУРа стало известно, что примерно за месяц до трагического случая Вячеслав возле станции метро «Красносельская» задержал двух парней — Серегина и Тушина[6], пытавшихся ограбить подвыпившего гражданина. Против них было возбуждено уголовное дело. В день убийства Труханова следователь вызывал обоих несостоявшихся грабителей на очередной допрос. Тушина, у которого при задержании изъяли обрезок металлической трубы, арестовали, а у Серегина взяли подписку о невыезде из Москвы и отпустили домой.
И вот Серегин снова перед работниками милиции. Он рассказал, что вчера прямо от следователя поспешил домой к Тушиным, чтобы сообщить об аресте приятеля. Дома он застал двух его братьев и за бутылкой водки поведал им о случившемся. Вместе обсуждали, как помочь арестованному. Вспомнили и о милиционере, который так некстати оказался тогда у метро. Один из братьев Тушиных еще пригрозил: «Ну, допрыгается у нас этот младший сержант!»