– И что это? – спросила, обратившись к Аапехти.
Мужчины переглянулись. Выражения их лиц не предвещали ничего хорошего.
– Если это то, о чём думаю, то перед нами большое святотатство, божественная, – зло произнес жрец.
– Объясни.
– Как я понимаю, это кусочки ритуальных статуэток, моя царица. Они разбиты и раздроблены.
– Ну и? – удивилась я, всё ещё не понимая. В памяти Анхесенамон не сохранилось подобной информации. Для Атона не создавалось статуй. Солнце ежедневно сияло на небосводе.
– Любое изваяние несёт в себе частичку сущности того, кому она посвящена.
– Странно. Вон прежние цари не стесняясь набивали свои имена поверх статуй других правителей. И ничего… никто их за это не проклинал.
– Есть разница, моя Госпожа, – грустно произнёс Аапехти.
– Да? И в чём же?
– Когда резчик обрабатывает камень, то не может вложить ничего в его состав. Он просто высекает лик и имя. В принципе, чьё имя остаётся для потомков последним, того и статуя… а вот метал… Чтобы создать статуэтку достойную богов или Ка, ювелир должен быть не только мастером, но и магом с большим Сехем[21]. Лучшие из них, конечно карлики, моя Госпожа, поэтому так ценятся. Пока льётся раскалённый метал, читаются молитвы и наговоры. В форму добавляют различные ингредиенты, способные пробудить дух и помочь божеству вселяться в статуэтку при богослужении. Других в храм не жертвуют.
– Получается, разбив чьи-то металлические изображения, нанесли урон Ка умершего или же повредили вместилище бога?
– Совершенно верно, моя царица, – печально заметил Зубери.
– Но… если к примеру статуэтка упала и сломалась или ещё как повредилась? Что тогда?
– Для неё проводят обряд погребения, – опять взял слово Аапехти, – заворачивают в льняные пелена и закапывают под обязательное чтение молитв. Обычно такие захоронения создают недалеко от храма. Постепенно зарывают в одну и ту же яму все повреждённые статуэтки, пока не наполнится, а потом создают новую.
– То есть… пред нами разорённый храмовый могильник для статуй?
– Думаю всё это подготовили для переплавки, моя госпожа.
– А так можно было?
– Только могущественный колдун…
– Так… я поняла… нужно подумать…
Мужчины низко поклонились. Я же, усевшись в кресло предавалась размышлениям о том, что вместо того, чтобы вернуть ценный металл в казну, его просто банально закапывали.
– Хубинеф, – позвала я юного помощника Аапехти, – дай мне чистую табличку.
Не утруждая себя «трудностями перевода», стала на русском языке записывать свои мысли попунктно, чтобы не забыть потом что-то нужное.
– А что это за знаки, моя царица? – удивлённо спросил Зубери, наблюдая из-за плеча.
– Тайный язык богов, – тут же вклинился Аапехти. – Сам Птах даровал божественной эти знания для общения.
– А Великая Госпожа может научить меня? Тогда записки от наших агентов никто не смог бы прочитать, – заинтересованно протянул храмовник, вглядываясь в размашистые строки, что оставались после тростниковой палочки.
– А это мысль… – одобрительно посмотрела на Зубери. – Сам язык богов слишком сложен и учить его очень долго, – при этих словах мужчина заметно огорчился, – но, если усвоить какая буква соответствует какому звуку… так вы сможете писать на нашем языке, просто используя эти знаки.
Мужчины улыбаясь переглянулись. Как понимаю братство Гора тоже захочет изучить новую письменность. Это же открывает такую возможность для шпионской деятельности! Документ или записка, которую никто в целом мире сейчас не прочтёт, кроме доверенных людей!
Обдумать возможные перспективы не успела. За мной пришли рабыни, сообщив, что всё готово для омовения. Оставив табличку с записями на кресле, отправилась готовиться ко сну.
Сегодня слишком утомилась, потому ночевать осталась у себя. Хотя одиночество мне не грозило. После похищения со мной теперь оставалась не только Пия, но и несколько рабынь и служанок, которые посменно бодрствовали, добавляя масло в светильники. Их не гасили, чтобы дежурные телохранители, заглядывая в спальню, могли контролировать моё присутствие.
Голову одолевали слишком много мыслей, но усталость взяла своё и я отключилась, как только положила голову на подставку.
С утра меня ждала «школа супруги бога», персонал которой ещё с вечера предусмотрительный Аапехти предупредил о моём прибытии. Думаю, ночью здесь никто не спал, так что встретили меня при полном параде. Притом подготовлены были не только служительницы, но даже двор вычищен, выметен и полит водою.