— Мэтью, — окликнула его Сьюзен. — Приготовь себе что-нибудь, ладно? Я сейчас.
— А где Джоанна? — громко спросил он, но не получил ответа.
Мэтью подошел к бару, обнаружил в нем полный набор хорошей выпивки и налил себе виски «Канадиен Клаб» со льдом.
— Тебе что-нибудь налить? — крикнул он и удивился, когда услышал голос Сьюзен совсем близко, чуть ли не у своего плеча:
— Я здесь, не кричи так.
Он обернулся.
На Сьюзен было белое махровое платье.
Волосы влажные.
Сьюзен улыбалась.
Губы не подкрашены.
И вообще никакой косметики.
Сьюзен свежая после душа, пахнущая душистым мылом.
— Привет, — сказала она. — Разве Джоанна тебе не звонила?
— Нет, — ответил он, озадаченный. — Зачем? Что-то не так?
— Как тебе сказать. К сожалению, она пообещала…
— Что пообещала?
— Короче… она уехала на Палм-Бич.
— Куда?! — только и нашелся сказать Мэтью.
Ему едва не стало смешно. Это было похоже на прежние штучки Сьюзен — во что бы то ни стало удерживать дочь от встреч с отцом, любой ценой, любыми способами затруднять эти встречи.
— Это не моя идея, — быстро заговорила Сьюзен. — Даю тебе слово. Она позвонила мне от Дианы Силвер страшно возбужденная. Родители Дианы решили провести уик-энд на Палм-Бич и пригласили Джоанну. Она спросила меня, можно ли ей поехать с ними. Это было часов в одиннадцать, и я должна была сама позвонить тебе, но я уже опаздывала на одно свидание, а в доме еще куча дел и так далее. Ну, я велела ей, чтобы она тебе позвонила и попросила разрешения у тебя. Когда я вернулась домой, нашла в кухне на столе записку, что она вернется вечером в воскресенье. Я и решила, что она дозвонилась тебе и что все о'кей.
— У меня сегодня было три совещания, — сказал Мэтью. — Я вернулся в офис только в четыре тридцать. Может быть, она…
— Я уверена, что она попросила бы передать тебе.
— Мне ничего не передавали.
— Значит, она не позвонила.
— Может быть, боялась, что я откажу. — Мэтью пожал плечами. — Как-никак, в этот уик-энд День отца.
— Возможно. — Сьюзен явно была обеспокоена. — Поэтому я тебя не ждала.
— Не беспокойся, ничего страшного. — Мэтью отставил свой стакан на стойку бара. — Если у тебя другие планы…
— Да нет, не в этом дело. Просто… Я была в душе и выгляжу, наверно, как мокрая кошка.
— Ты выглядишь прекрасно.
— Ладно тебе, льстец!
Наступило неловкое молчание. Сьюзен быстрым движением подняла руку, словно собиралась распушить волосы — типичный жест для женщины, когда она чувствует, что на нее смотрят или любуются ею, или и то и другое вместе, но тут же спохватилась, опустила руку и совсем по-девичьи передернула плечами.
— Если я не ослышалась, ты предлагал мне выпить.
— Скажи, что бы ты хотела.
— Мартини с «Бифитером»[24] и со льдом.
Он взглянул на нее.
— Да-да. — Сьюзен улыбнулась.
Когда они были женаты, наиболее частым доводом в спорах был у них, как определил Мэтью, Аргумент Мартини с «Бифитером». Сьюзен утверждала, что ее муж не пьянеет, если выпьет, например, два скотча с содовой или вообще два чего угодно с содовой, но делается совершенно пьяным, распущенным, раскисшим, неуклюжим (все это словечки Сьюзен), стоит ему выпить два мартини, в особенности мартини с «Бифитером». Магическое слово «Бифитер» как бы придавало коктейлю дополнительную крепость.
Но сегодня, спустя два года, Сьюзен просит налить ей зелья, от которого мужчины делаются не только пьяными, но и распущенными и тому подобное, а женщины… Бог знает, какое воздействие может оказать мартини с «Бифитером» на воспитанную в пресвитерианском духе девушку из штата Иллинойс.
— Очень сухой, с двумя маслинами, — попросила Сьюзен.
Мэтью принялся смешивать коктейль.
— Терпеть не могу, когда она нарушает слово, — сказала Сьюзен. — Она быстро взрослеет, верно? Мы и опомниться не успеем, как она станет женщиной. Вот тогда мы узнаем, что такое настоящее беспокойство.
Мэтью отметил про себя слово «мы», но промолчал и продолжал готовить коктейль.
— Но ты, пожалуй, прав, это из-за Дня отца. Она постеснялась спросить.
— Я уверен, что это так. — Мэтью передал ей стакан.
— Спасибо, — поблагодарила Сьюзен. — Понимаешь, Мэтью, брат Дианы приехал из Дьюка на лето, и он тоже собирался с родителями на Палм-Бич. Мне кажется, Джоанна немножко в него влюблена, ну и… — Она пожала плечами, не окончив фразу, подняла свой бокал и предложила: — Не выпить ли нам за отречение Электры?