Кого он пытается успокоить, себя или меня?
Дважды грянули часы под церковным шпилем. У моего собеседника сразу изменилось настроение, и он порывисто встал.
– Мне пора, – сказал Джордж. – Жаль, что вы не тот, кто мне нужен, но все равно беседа была приятной. Надеюсь, Лахуа вам понравится.
Я проводил его взглядом. Возле лотка с фруктами Джордж задержался, выбрал нечто похожее на персик, вонзил в него зубы и пошел дальше, не заплатив. Торговку это нисколько не обеспокоило; она ласково улыбалась вслед.
Ко мне приблизилась смуглая официантка и тоже посмотрела на Джорджа, который взошел по церковным ступенькам, бросил огрызок и у входа снял шляпу.
– O le pauvre monsieur Georges, – грустно сказала девушка. – Il va faire la prière, – объяснила она. – Tous les jours молится за свою душу. И утром, и вечером. C’est si triste[13].
Я заметил у нее в руке счет. Встревожился было, что напрасно принял Джорджа за хорошего парня, но решил: не беда, завтрак-то уж точно был хорош, – и полез за бумажником.
Девушка заметила и покачала головой:
– Non, non, monsieur, non. Vous etes convive. C’est d’accord[14]. Monsieur Georges завтра расплатится. C’est окей.
– Это нормально, не удивляйтесь, – вмешался старичок, который недавно подавал мне знаки. И добавил: – Если не торопитесь, может, посидите со мной за кофе с коньяком?
Пожалуй, Лахуа может гордиться своим гостеприимством, решил я и принял приглашение.
– Наверное, еще никто не рассказал вам историю нашего Джорджа, – предположил старичок.
Я подтвердил его догадку. Он покачал головой, адресуя немой упрек неизвестным мне людям, и продолжил:
– Не беда. Видите ли, Джордж все надеется встретить человека, который ему поможет. Иногда беднягу поднимают на смех, и нам это не нравится.
– Жаль, что вызвал у вас беспокойство, – сказал я. – Мне его состояние вовсе не показалось забавным.
– Так и есть, – кивнул старичок, – но он идет на поправку. Хотя, возможно, сам этого не замечает. Год назад Джордж мог сидеть за дежёне, не притрагиваясь к еде и тихо обливаясь слезами. Тяжело на это смотреть, пока не привыкнешь.
– Так он здесь живет, в Лахуа? – поинтересовался я.
– Не живет, а существует. Очень много времени проводит в церкви, а еще бродит по округе. Ночует вон в том белом доме на холме, у своей внучки. Она следит, чтобы Джордж не попадал в неприятные ситуации, и оплачивает его прихоти.
Я решил, что ослышался.
– У него внучка! Но он же совсем молод! Больше сорока никак не дашь…
Старичок взглянул на меня в упор:
– Вероятно, вы скоро опять с ним встретитесь. Поэтому вам стоит узнать, что с ним приключилось. Никакого секрета здесь нет, хотя семья, конечно, не желает широкой огласки этой истории.
Нам принесли кофе с коньяком. Добавив в свою чашку сливки, старичок начал рассказ.
Лет пять назад… да, точно, в 2194-м молодой Джеральд Трун повел корабль к одному из крупнейших астероидов, к тому самому, который был открыт в 1852 году де Гаспарисом и получил имя Психея. Построенный в космосе грузовоз назывался «Селеста», а базой ему служила Луна. Экипаж из пяти человек жил в довольно комфортабельном носовом отсеке. Кроме носового и двигательного отсеков у кораблей этого типа есть еще трюм, в полете к астероиду либо пустующий, либо заполненный оборудованием для новых выработок. «Селеста» в этот раз шла порожняком, ей нужно было лишь забрать партию руды с высоким содержанием урана. Психея наполовину состоит из этой породы – доставляй технику, забуривайся да выгребай сколько хочешь.
Никто не ждал от этого рейса сюрпризов.
Но Пояс Астероидов, как известно, местечко не из простых. Найти крупное небесное тело или скопление мелких на карте – совсем не то, что найти его в космосе. А еще там полным-полно безымянного щебня, который невозможно закартировать и с которым надо держать ухо востро. Пожалуй, самый лучший способ добраться до цели – это как можно ближе подойти к Поясу, сбросить скорость почти до местной орбитальной и дальше двигаться с предельной осторожностью, избегая столкновений. Вот только лететь таким манером придется тысячи миль, если не сотни тысяч. А это занятие настолько скучное, что экипаж теряет бдительность и даже иногда сознательно идет на риск, чтобы сократить маршрут. Я не знаю решения этой проблемы. Можно находить радаром крупные камни и программировать курсопрокладчик на уклонение от них, но ведь и мелкие смертельно опасны, а их в Поясе столько, что самому чуткому корректору курса не уберечь корабль от столкновений на протяжении всего маршрута. Вот если бы существовал механизм, способный отталкивать камни в радиусе, скажем, ста миль – но он еще не изобретен. Так что работа в Поясе Астероидов, как я уже сказал, далеко не проста.