Еще одной чертой, которой Хьюго походил на социал-демократа, а не на нациста, он ненавидел милитаризм. Он сказал: «Есть два способа, которыми фюрер может решить проблему безработицы. Один, занять всех ненужной работой, в том числе и себя, другой призвать их в армию, вымуштровать и послать захватить землю и ресурсы других народов. Это вопрос, который сейчас решается в кругах, приближённых к власти».
«Жаль, что вы не можете быть там!» — заметил Ланни. А его молодой друг показал то, что было в глубине его сознания. — «Может быть, я буду там когда-нибудь».
Его превосходительство министр-Президент генерал Геринг был рад пригласить мистера и миссис Ланни Бэдд на обед в его официальной резиденции. Он не попросил их принести свои картины, и Ланни об этом не сожалел. Он как-то не мог представить Сестру милосердия в компании с львенком. Он сильно сомневался, что Его превосходительство сильно обманывается о настоящей причине визита Ланни в Берлин. Так или иначе, командующий ВВС Германии обладал своим собственным направлением в искусстве, созданным по его приказу: статуя ню его покойной жены, выполненная по фотографиям и отлитая из чистого золота!
По крайней мере, так сказала Ирме княгиня Доннерштайн. Эти модницы болтали без умолку. Княгиня вылила весь «компромат», а Ирма собрала его и принесла домой. Симпатичный белокурый летчик по имени Геринг, после ранения во время пивного путча бежал за границу и там женился на шведской баронессе. Дама была эпилептиком, а ее супруг морфинистом. Об этом не может быть никаких сомнений, так как все факты были доказаны в суде, когда баронессе было отказано в опеке над ее сыном от первого брака. Позже, леди умерла от туберкулеза, и Геринг, вернувшись в Германию, выбрал Тиссена и бывшего наследного принца в качестве своих дружков, а сестру стального короля в качестве своего «секретаря». Кавычки были указаны тоном княгини, произносившей последнее слово. Предполагалось, что он женится на этой Аните Тиссен, но этого не случилось. Возможно, потому что он стал слишком великим, или слишком жирным! В настоящее время Анита была «в отсутствии», а «в присутствии» была Эмми Зоннеманн, белокурая Северная Валькирия, которая играла в Государственном театре и могла получить любую роль, какую захотела. «Но это не исключает и других «Damen», — добавил змеиный язык княгини Доннерштайн.
— «Vorsicht[165], Frau Budd!»
Так Ирма узнала новое немецкое слово.
Дочь коммунального короля прожила большую часть своей жизни в мраморных залах, и не испытала благоговения от ливрей лакеев Геринга или мундиров его сотрудников и его самого. Львенок был не для дам, его показали, и она его заметила. Большой стол черного дерева и золотые шторы за ним на самом деле производили эффект. Они заставили Ирму вспомнить ширмы Дика Окснарда, и она не могла понять, почему Ланни надсмехался над ними. Розовые ливреи, белые шелковые мужские бальные туфли и чулки лакеев — да, но вряд ли в дневное время. А медали генерала, казалось, больше подходят для государственного приёма, чем для частного обеда.
Тем не менее, экс-авиатор был очень хорошей компанией. Он хорошо говорил по-английски, и, возможно, хотел доказать это. Он взял на себя большую часть разговора, и весело смеялся своим собственным шуткам. Там помимо гостей присутствовали Фуртвэнглер и другой офицер штаба, которые, разумеется, смеялись над шутками, но сами шутить не смели. Видимо это было чисто социальное мероприятие. Ни слова о выкупе или заложниках, евреях или концентрационных лагерях. Ланни не надо было говорить: «Я надеюсь, что вы заметили, Exzellenz, что я выполнил свою часть соглашения». То, что его пригласили и угостили охлаждёнными яйцами ржанки и жирными голубями, было достаточным доказательством того, что он выполнил свою часть соглашения, и что хозяин принял к сведению этот факт.
Предполагалось, что обладателю восьми или десяти самых ответственных должностей в «Третьем рейхе» было нечего делать, как потягивать коньяк и беседовать с двумя праздными богатыми американцами. Это был сигнал Ланни сыграть свою роль, и рассказать, как совершенно случайно он и его жена посетили Лозанну в первые дни конференции по ограничению вооружений получили массу закулисных сведений о выдающихся личностях, бывших там, в том числе и из Германии. Пришлось упомянуть, что Ланни был в американской делегации в Париже и знаком со многими людьми, что помог немецкому агенту сбежать в Испанию. Он знал руководителей нескольких французских партий, в том числе Даладье, премьера, и он посещал дома нескольких ведущих сотрудников Министерства иностранных дел Великобритании. Не может быть сомнений, что он был молодым человеком исключительных возможностей, и может быть очень полезным для рейхсминистра без портфеля, если случиться оказаться под рукой! Не было произнесено ни слова, но мысль витала в воздухе: «Почему бы не использовать шанс, Exzellenz, и не освободить моего еврейского Schieber-sohn?»