Несколько долгих секунд он стоял не шевелясь. Мэди прижалась к стеклу так сильно, что щека и нос просто расплющились.
– Пожалуйста, – взмолилась она. – Я боюсь высоты, Лоран! ВПУСТИ меня!
Это, похоже, вывело его из транса. Он вскочил с кровати, кинулся к окну и поднял его так быстро, что нижняя часть рамы задела подбородок Мэди.
– Мэди! – выдохнул он, затаскивая ее в комнату. – Что ты… Как ты… Comment es-tu arrivé ici[66]?
Она обвила его руками, все еще трясясь от ужаса при воспоминании о том, на какую высоту забралась.
– Прости, что пришла без предупреждения, но мне необходимо было увидеть тебя снова, – быстро заговорила Мэди. – Я ошибалась насчет тебя, Лоран. Мне так жаль! Тролль сводил меня с ума, и я просто не знала, во что мне верить.
– Я… я не знаю, что сказать. Поверить не могу, что ты здесь.
– Я должна была поговорить с тобой.
Когда первый шок прошел, его лицо посуровело.
– Пожалуйста, Мэди, – попросил он, высвобождаясь из ее объятий, – отпусти меня.
Смутившись, она отступила.
– Прости, мне просто нужно было с тобой поговорить.
Он скрестил руки на груди.
– Так говори.
– Я прошу прощения, – охрипшим голосом выговорила она. – Прошу прощения за все.
Лоран ничего не ответил. Мэди чувствовала, как все разваливается прямо на глазах. Ее страдания на пожарной лестнице ничего не изменили.
– Послушай, я знаю, ты уедешь через пару недель, – произнесла она дрожащим голосом. – И знаю, что ничего уже не будет как прежде. Но я не могу позволить тебе уехать во Францию с мыслью о том, что ты меня ненавидишь. Просто не могу.
На лице Лорана отразилась боль.
– Мэди, я не знаю, что, по-твоему, должно произойти с нами, но…
– Я сожалею о том, что сказала. О том, что подумала. И я пойму, если ты никогда больше не захочешь иметь со мной ничего общего. Я этого заслуживаю!
– Заслуживаешь.
– Но я надеюсь, что мы хотя бы сможем попрощаться как друзья.
Она протянула руку.
– Пожалуйста! Просто друзья. Ничего больше.
Лоран взял ее ледяные пальцы в свои.
– Прости меня, – шепнула она. – я понимаю, за что ты злишься на меня, но пожалуйста… пожалуйста, не надо меня ненавидеть.
Он закрыл глаза, так и не выпустив ее руки. Казалось, слова причиняют ему боль.
– Я не ненавижу тебя. Не думаю, что смогу ненавидеть тебя.
– Мы можем снова стать друзьями? Пожалуйста…
– Друзьями?
Пальцы Мэди сжались.
– Да, друзьями. Ничего больше. Просто друзьями, чтобы, когда ты уедешь… – ее голос оборвался, – … когда вернешься во Францию, я осталась твоим другом.
Лоран большим пальцем погладил костяшки ее пальцев. Затем кивнул на окно.
– Весьма драматичное появление для «просто друга».
– Д…догадываюсь.
– Ты так и планировала?
– Вообще-то нет. Сначала я позвонила в звонок. Потом постучала в дверь.
Мэди тяжело сглотнула. Его пальцы все еще сжимали ее руку, и мозг отказывался давать этому достойное объяснение.
– Вся эта история с пожарной лестницей была своего рода последней отчаянной попыткой.
– Я был в наушниках.
– Знаю, – подтвердила она с нервным смешком. – Поэтому я и воспользовалась лестницей.
– Ты прямо как Ллойд Доблер[67].
Уголок его рта дернулся.
– А что бы ты стала делать, если бы я тебя не впустил, а?
– Думаю, ждала бы снаружи, пока…
– Пока я не сжалюсь и не впущу тебя?
Мэди съежилась.
– Ага. Вроде того.
Повисло секундное молчание. Мэди чувствовала, что между ними что-то происходит и это что-то связано с тем, что их руки все еще соприкасаются. Он взял ее за руку и не отпускал. Это что-то да значило.
– Лоран, я…
Они оба заговорили одновременно.
– Давай сначала ты, – тихо сказал он. – Я послушаю.
– Мне так жаль, Лоран. Надеюсь, ты сможешь простить меня за то, что я вообще сомневалась…
Все мысли вылетели из головы, когда Лоран притянул ее к себе и поцеловал. Недели тоски словно растворились, когда Мэди обвила руками его шею и встала на цыпочки, чтобы быть еще ближе. Если прежние их поцелуи начинались робко, неуверенно, то на этот раз страсть вспыхнула, как только их губы встретились. Поцелуй все длился, и только звук открывшейся двери где-то в глубине квартиры заставил их оторваться друг от друга, тяжело дыша.
Лоран отступил, но руки Мэди не выпустил.
– Ничего, что я тебя поцеловал?
Мэди моргнула, приходя в себя. Она была в спальне Лорана. Ах, да, я же поехала в Нью-Йорк, чтобы вернуть его, как в дешевой мелодраме.
– Лучше чем ничего, – возразила она. – Это было потрясающе… Ты потрясающий.