Данн сопровождает свой комментарий следующим рисунком.
Теперь выбор гранита вполне понятен, так как вес самой Пирамиды — миллионы тонн каменной кладки — уже подвергает каждый крошечный кристалл постоянному напряжению. Поскольку шаровые шарниры в конструкции Пирамиды позволяют ей двигаться, это означает, что кристаллы кварца постоянно пульсируют в такт с резонансом Шумана, который представляет собой вибрации самой Земли. Отметьте также, что это напряжение может генерировать шаровую молнию, сгусток ионизированной плазмы, который сам по себе содержит энергию.
Когда мы задаем вопрос о причине корреляции между размерами Земли и Великой Пирамиды, то приходим к трем логическим выводам. Один из них состоит в том, что строители хотели продемонстрировать свое знание размеров планеты. Они сочли необходимым сохранить это знание в неразрушимой конструкции, так что будущим поколениям через тысячи лет будет известно об их существовании и знаниях о мире[298].
Второй возможный ответ состоит в том, что Земля влияла на функцию Великой Пирамиды, Благодаря включению некоторых параметров планеты в конструкцию Пирамиды, эффективность последней повышалась, и она, в свою очередь, становилась гармонической составной частью Земли.
Третий возможный ответ сочетает элементы первого и второго. Размеры, включенные в конструкцию Великой Пирамиды, демонстрировали познания ее строителей или, что более важно, символизировали взаимосвязь между истинным предназначением Великой Пирамиды и самой Землей[299].
Данн выступает во всем блеске своего таланта, когда анализирует Большую Галерею и возможный характер ее отсутствующих компонентов. Отметив, что потолочные плиты Галереи наклонены под углом примерно 45°[300], он заключает, что благодаря этому Галерея представляла собой мощную камеру акустического усиления, предназначенную для того, чтобы усиливать и отражать акустические волны, проходящие вверх по Галерее к Вестибюлю.
Тайна 27 парных ниш в боковых пандусах получает логическое объяснение, если предположить, что в каждой из них содержалась резонаторная батарея. Первоначальная конструкция резонаторов всегда будет предметом гипотез, однако, если их функция заключалась в том, чтобы эффективно реагировать на колебания Земли, можно предположить, что они были сходны с современным устройством, выполняющим сходную функцию, т. е. с резонатором Гельмгольца[301].
Классический резонатор Гельмгольца представляет собой полусферу с отверстием, составляющим от 1/10 до 1/5 от диаметра сферы, обычно изготовленную из металла, но возможно применение и других материалов[302]. Его размер определяет частоту резонанса.
Затем Данн строит теорию о предназначении Большой Галереи:
Следуя этой линии рассуждений, мы можем сказать, что каждая резонаторная батарея, установленная в Большой Галерее, состояла из нескольких резонаторов гельмгольцевского типа, настроенных на разные гармонические частоты. В серии гармонических ступеней каждый резонатор реагировал на более высокую частоту, чем предыдущий… Для увеличения частоты резонаторов древние ученые уменьшили расстояние между двумя стенами, примыкавшими к каждому резонатору. В сущности, стены Большой Галереи ступенчато поднимаются внутрь (семь ступеней по высоте), и весьма вероятно, что опоры резонаторов почти достигают потолка. У основания Галереи резонаторы были закреплены в нишах на пандусе[303].
Он приводит следующие диаграммы резонаторных батарей, установленных в Большой Галерее.
Давайте остановимся на этом и обсудим некоторые важные моменты. Во-первых, обратите внимание, что Данн независимо подтверждает указания, которые содержатся в текстах Ситчина: определенные компоненты, жизненно важные для функционирования Пирамиды, некогда были установлены в Большой Галерее. Вместе с тем обратите внимание на противоречия между утверждениями в текстах Ситчина и гипотезой Данна. В текстах говорится, что Галерея купалась в радужном свете, исходившем от нескольких «магических камней» или кристаллов, установленных в желобах боковых пандусов. С другой стороны, Данн, опираясь на здравые инженерные принципы, приходит к выводу, что первичная функция Галереи заключалась в гармоническом усилении акустических волн. В следующей главе мы представим свой вариант решения этого противоречия.