— Сергей, сделай же что-нибудь! Пожалуйста, иди в зал и работай.
Я отработал в Лувре больше часа. С колоссальным аншлагом. Несколько залов были просто забиты до потолка: те люди, кто не смог зайти в основной зал — а там залов очень много, — стояли и смотрели мое шоу на мониторах. Они впадали в шок, видя то, что я делаю.
В Лувре у меня получилась нереально безумная коллекция, с роскошными топ-моделями из Милана, Парижа и Германии. 25 моделей я привез из России. В общем, самые лучшие девочки из разных стран работали у меня в шоу.
В тур со мной поехали ассистенты, мастера-визажисты, команда была достаточно большая, но эта команда все равно не могла справиться с таким количеством работ, моделей и образов. Поэтому пахал в принципе один я: и вычесывал все, что нужно было, и красил, и над цветом работал, и мейк-апы создавал. Прически самые сложные вообще были на мне одном. Мастера, которые видели это, были, в хорошем смысле, в шоке. Особенно зарубежные, ведь такой работоспособности и такой силы художника они еще не видели.
После показа очень много писали и очень много говорили. Потому что те номера, которые я делал и делаю до сих пор, никто не может повторить. Это невозможно.
После Лувра, когда с триумфом прошли мои сольные выступления в Европе и мире, появилась мысль такое же выступление сделать и в России. Мы с организаторами долго не могли понять, где его проводить. Знакомые артисты, друзья советовали в Кремле, я решил прислушаться к ним и выступать именно там. Как только появилась информация о моем шоу, билеты были распроданы за полторы недели, потом их было просто не достать.
Но самое интересное, что я не мог полноценно готовиться к этому выступлению, репетировать не мог, потому что находился в туре по Сибири и Дальнему Востоку с Аллой Борисовной. С музой.
Кстати, в этот же момент, в эти же сроки проходил сольный концерт Кристины Орбакайте. Кристина была в Москве все время и могла репетировать. Она могла работать, а я не мог, потому что был в туре с музой. Это восемь городов и восемь стадионов. Но при этом мое шоу получилось не хуже. Мегааншлаг.
Перед самым выступлением Алла поняла, что меня надо отпускать. Я прилетел с Дальнего Востока в Москву, в принципе, уже на свое шоу. Хорошо еще, что у меня до отъезда прошли кастинги и я успел отобрать моделей. Кроме того, задачу немного облегчали модели, которые уже со мной выступали ранее, ездили в тур, были в Лувре и артисты, которые со мной уже работали. Например, понимая, что сложилась непростая ситуация и я должен выйти на сцену практически без репетиций, меня очень поддержал Филипп Киркоров. Он просто принял в этом шоу самое непосредственное участие. Очень поддержала Анжелика Агурбаш, которая в то время была не формат,[3] очень поддержала Ксения Собчак. Она и Агурбаш вели мою юбилейную программу.
Очень много артистов пришли мне на помощь. Приехали практически все звезды. Илья Резник прочитал замечательное стихотворение, он специально для меня его написал. Одним из первых поддержать меня приехал Иосиф Давыдович Кобзон. Вообще, что бы я ни делал, я всегда знал, что меня поддерживает Кобзон. Кто бы ни пытался меня разрушить, кто бы ни старался растоптать мое имя, как бы меня ни уничтожали, меня всегда поддерживал Иосиф Давыдович Кобзон. Иногда мне кажется, что он, как ангел-хранитель, присутствует в моей жизни и особенно в моем творчестве. Хотя думаю, он даже об этом не догадывается.
На моем шоу в Кремле собралось немало неформатных исполнителей: не формат были в это время и Сережа Пенкин, и группа Fresh Art, и многие-многие другие нынешние звезды. Не форматом считался тогда и Шура. Я сделал все, чтобы Шура выступал. Все эти артисты были частью моей жизни, и, несмотря на то что для многих они были не форматными, я не мог не пригласить их на свой юбилейный концерт. Единственная, кого не было, это Ирина Понаровская, все никак не складывается.
3
Ее отказывались ставить на радио, не показывали по телевизору, в общем, тогда на эстраде эта дива пришлась не ко двору.