Джинто охотно (но кратко) изложил свою историю: путешествие на "Госроте", встречу с вражеским флотом, свое и Лафили бегство на Pelia[1106], их задание предупредить Frybar[1107] и остановку для заправки на Lyumusko Febdak[1108].
- Ну а остальное вы знаете, Lonyu Lyum Raika[1109].
- Стало быть, эта девушка, которую ты назвал Лафилью, на самом деле Feia Lartneir[1110]?
- Ага, - кивнул Джинто.
- Ну дела, - ухмыльнулся старик. - И, конечно, это должно было случиться уже после того, как я состарился. Потрясающе! Моя дорогая покойная мама была бы так рада принять у себя Feia Lartneir[1111]. Простой граф - уже замечательный гость, а это! Дааа. Я бы сказал, акции нашей семьи пошли в гору.
- Пожалуйста, кончайте шутить! - с досадой произнес Джинто. - Вы мне поможете?
- Разумеется. Что если я доставлю вас и Feia Lartneir[1112] на борт Pelia[1113] и позволю ему улететь? Такой вариант сгодится?
Джинто просветлел.
- Сгодится, только нам понадобится топливо.
- Точно, точно, не забыть про топливо. О, и еда еще. Возьмите что-нибудь из еды в дорогу.
- Это было бы здорово. От Waniil[1114] я уже начал уставать. Они совершенно пресные, как вся еда Аб.
- Отлично. Есть только одна проблема.
- Какая?
- Ну, сперва я должен добраться до Soteyua[1115]. Мой негодный сынок мне совершенно не доверяет; в этой тюрьме ни одного терминала нет.
- О нет! - Джинто пал духом.
- Ты серьезно думал, что все будет так легко? Что я просто захвачу Soteyua[1116], и вы со своей подружкой сбежите, поженитесь и будете жить долго и счастливо? Мир не настолько добрый.
- Она вовсе не моя подружка, - указал Джинто.
- Не волнуйся, меня просто потянуло на поэзию.
Джинто это замечание проигнорировал.
- Как мы сможем добраться до Soteyua[1117]?
- Очевидно, нам придется покинуть эту позолоченную клетку.
- Это верно, но как мы это сделаем?
- Вот об этом мы с тобой и начнем сейчас думать. А иначе какой же это заговор. И если ты сейчас хорошо потрудишься, потом будешь лучше выглядеть в глазах Feia Lartneir[1118]. Да, кстати, юноша...
- Да?
- Ты уверен, что вы с ней не влюблены?
- Да уверен я, - однако, отвечая, он ощутил в душе боль.
- Ты так говоришь, но вообще-то немногие в Frybar[1119] могут обращаться к Feia Lartneir[1120] по имени. Или ты ее так называешь только когда Feia[1121] нет поблизости? Если так, мне придется изменить мнение о тебе.
- Аа, эээ, я... - Джинто долго подбирал слова. - Я и в глаза ее зову Лафилью.
- Ну тогда...
- Но это благодаря моему везению пополам с глупостью. Длинная история, и довольно неинтересная.
- Я бы хотел ее услышать, но сомневаюсь, что ты сейчас в настроении.
- Совершенно не в настроении. К сожалению. И времени на это у меня тоже нет.
- Действительно жаль. А я уж надеялся, что мой сын будет третьим углом грязного Имперского любовного треугольника, - сказал он и захихикал.
***
Разумеется, ничего грязного в связях Lyuf Febdak[1122] и Лафили не было.
На самом деле, что нетипично, этой ночью вообще не было никаких грязных связей - барон отдыхал один. Как правило, ему составляли компанию несколько его любимых Gosuk[1123], но сегодня ему надо было о многом поразмыслить.
Потягивая Rinmo[1124] из аметистового фужера (Breskirl Lamteysh), барон прокручивал в голове все решения, которые он принял за минувший день.
Барон, хоть и несколько переоценивал уровень своего интеллекта, ни дураком, ни безумцем все же не был. Он понимал, что его Lyumusko[1125] не может противостоять Империи, но он считал ее своим собственным королевством и верил, что для ее защиты сделал все правильно.
Да, на своей Skor[1126] он мог легко видеть себя большой шишкой, правителем независимого королевства.
Когда его известили о разговоре Лафили с диспетчером, он испугался перспективы лишиться своего персонального рая.
Даже сидя на своей далекой Skor[1127], барон знал о жизни внешнего мира достаточно, чтобы догадаться: противник, скорее всего - Альянс четырех наций. Ему оставалось лишь цепляться за зыбкую надежду, что они не обратят внимания на его Lyumusko[1128]. Для этого он должен был запретить проход через Sord Febdak[1129].
Лафиль такое объяснение явно не впечатлило, подумал он. Барон знал, что даже если бы что-то прошло в двумерное пространство через Сорд, это все равно вряд ли привлекло бы внимание врага. Сперва он хотел ускорить заправку и отослать Pelia[1130] обратно как можно скорее в надежде, что его Skor[1131] останется незамеченной. Но тут ему в голову пришла страшная мысль. Что если враг уже направляется к Lyumusko[1132]?
В таком случае Lyuf[1133] оставалось лишь сдаться. Никакой армии у него не было, так что сопротивляться не имело смысла. Разумеется, он отдал бы им все топливо, которое они потребуют, если бы за это они оставили его в покое.
Но что если врагу его сотрудничество не нужно? Весьма вероятно, что они просто заберут все его Joth[1134] (да и все остальное тоже) силой.
В таком случае внучка Spunej[1135] окажется очень подходящей разменной монетой.
Spunej[1136] никогда не поддастся на угрозы ради спасения заложника, даже собственной внучки, но барон рассчитывал, что враги этого не знают.
Имея Лафиль, барон мог бы выторговать сохранение Ribeun[1137]. Скорее всего, ему пришлось бы Лафиль отдать, возможно, даже позволить развернуть на Lyumusko Febdak[1138] военную базу Альянса четырех наций. Но он был уверен - когда Lyumusko Febdak[1139] станет незаменимой заправочной станцией, ее уже не посмеют тронуть.
Но что если я порву с Frybar[1140], а враг так и не появится?
В этом случае он останется верховным правителем своей маленькой вселенной. И что с того, что у него лишь пятьдесят вассалов, и что с того, что он лишится большей части придуманных человечеством блюд?
Он станет королем своего собственного совершенного мира.
Lyuf[1141] представил себе, что он король, а Лафиль - одна из его подданных.
Если барон действительно порвет с Frybar[1142], титул Lartnei[1143] перестанет подпитывать его комплекс неполноценности, поскольку в его Skor[1144] у Лафили не будет никакой власти. Тщательно подобранные бароном покорные женщины-Gosuk[1145] по-прежнему будут его боготворить. Похоже, это лучший из всех возможных исходов.