При каждом шаге кожаные сандалии Чарми глубоко погружались в размягчившийся от жары асфальт. Это мешало идти, поэтому она не сразу заметила мужчину, сидящего в голубом «мустанге» с опущенной крышей, жующего картофельные чипсы. Ей осталось миновать до него всего лишь три припаркованные машины, когда Чарми внезапно осознала, что это он, мужчина из аптеки. Она улыбнулась, он тоже смущенно улыбнулся и произнес несколько слов, которых она не разобрала.
– Извините, – сказала Чарми, подойдя ближе и разглядев, что мужчина распечатал одну из коробок с чипсами. – Но я не расслышала, что вы сказали.
– Я сказал, что, как мне кажется, вы раскрыли мой секрет.
Его майка с короткими рукавами, обтягивающая заманчиво бугрящуюся мышцами грудь, была спереди усыпана крошками. Чарми ужасно захотелось протянуть руку и стряхнуть эти крошки.
– Какой секрет?
Он поднял коробку и робко улыбнулся:
– На самом деле у меня нет никаких детей. Я купил все это для себя.
– И что в этом плохого? Значит, вы просто обожаете картофельные чипсы.
– Это так. У меня проблема. Непреходящий аппетит. Кажется, это так называется.
Вьющиеся волосы незнакомца были коротко подстрижены на армейский манер, и это подчеркивало его мощную шею и плечи футболиста. Чарми подумала, что он похож на военного летчика, а может быть, на культуриста. И то, что она разглядела в аптеке, и то, что видела сейчас, – «Господи, и как это только джинсы не лопаются на его бедрах», – составляло великолепный образ.
– Но вы не похожи на обжору.
– О, я борюсь со своим аппетитом, – когда он улыбался, на его щеках появлялись ямочки.
Чарми охотно поболтала бы с ним еще, но, осознав, что тема картофельных чипов исчерпана, произнесла: «Желаю удачи!» – и собралась идти дальше.
– Я стараюсь соблюдать диету, – сказал он, – но ничего не получается. Знаете, эти диеты так надоедают.
До Чарми неожиданно дошло. Ого! Он дал ей зацепку, теперь ее черед. Она всегда носила с собой буклеты «Старлайта», чтобы раздавать их проявляющим интерес. Буклеты содержали телефоны главного офиса и адреса сорока восьми салонов по всей Калифорнии. Единственная проблема заключалась в том, что, когда бы Чарми ни объясняла, что работает на компанию, она всегда улавливала в глазах невысказанный вопрос: «А вы сами?» Первым побуждением Чарми всегда было заявить, что она не является живой рекламой диеты «Старлайта». За шесть лет, что прошло с той поры, когда она появилась на пороге Филиппы, когда в ее гостиной должна была состояться та встреча, она не сбросила и унции[23] веса. Но обычно из этого затруднительного положения выходила с апломбом: пусть думают, что хотят. Программа «Старлайта» сама за себя говорит.
Но сейчас мысль о том, что такой вопрос может мелькнуть в его глазах, вверг ее в такой страх, что она отказалась было от намерения предложить ему буклет. Однако ей вовсе не хотелось уходить, а предлога для продолжения разговора тоже не было. Не кружить же вокруг его «мустанга», словно она шестнадцатилетняя девчонка, а не почти тридцатилетняя женщина, к тому же мать, ожидающая вскорости второго ребенка. Но он тоже вроде бы не спешил распрощаться. Тем не менее, когда он поднял крышу машины, она готова была уйти. И все же, бросив взгляд на его руку и не увидев на пальце обручального кольца, Чарми сказала:
– Может быть, это то, что вы ищете.
Она залезла в свою большую сумку и вынула оттуда один буклет. Теперь буклеты компании насчитывали пятьдесят страниц и выпускались в глянцевых обложках.
– А, «Старлайт», – сказал он, взяв брошюру. Она обратила внимание, какие у него большие суставы, а также на то, что ногти чистые и хорошо обрезанные. Определенно, он военный. – Я слышал об этом.
– Правда? Ваша жена, – она сама себе не поверила, что произносит эти слова, – посещает такой салон?
Он засмеялся:
– Я не женат. Так вы думаете, это поможет? Мне нужно бы сбросить фунтов двадцать.
«Откуда? С пальцев на ногах?»
– Определенно поможет, – она приободрилась. – Я гарантирую.
Но когда он перевел взгляд с буклета снова на нее, Чарми не прочитала в его глазах обычное: «Да? Тогда почему вы сами не такая уж тоненькая?» Вместо этого он бесхитростно улыбнулся, отчего ямочки на его щеках стали заметнее, и сказал:
– Я попробую. Что я для этого должен сделать?
– Значит, так. Сейчас наши салоны предназначены только для женщин. Но мы начинаем формировать мужские группы в гимнастических залах. Например, «Виктор» на Шерман Уэй.
– Мне знакомо…