Выбрать главу

ЮКИО МИСИМА

ЗВУК ВОДЫ

КОМНАТА, ЗАПЕРТАЯ НА КЛЮЧ

Сегодня социал-демократы потерпели окончательный крах — раскололся Кабинет министров. Развалился из-за внутренних несогласий. За пару дней до этого газеты уже предсказывали отставку правительства. Председатель бюджетной комиссии Судзуки — из левых — резко выступил против повышения цен на железнодорожные перевозки и почтовые услуги, которые, как известно, являются источниками дополнительного бюджета. Управление железными дорогами провело мобилизацию и организовало повсеместные акции протеста. Благодаря противостоянию правых и левых дополнительный бюджет разбился о подводные скалы. Вчера, девятого числа, премьер-министр Катаяма посетил Макартура и имел с ним беседу по поводу возможных преемников.

Все это Кадзуо Кодама прочел в газете: не стоит думать, что среди работников министерства внутренняя информация распространяется раньше, чем об этом напишут в газетах. К черту Кабинет министров, и пусть рыдают дети — бюрократия стояла и будет стоять непоколебимо. Прошлой осенью Кадзуо закончил университет и получил место в Министерстве финансов.

Министерство финансов, в бывшем здании которого теперь разместились оккупационные войска, было низведено до обитания в грязноватых стенах начальной школы в Ёцуя. Кадзуо служил в самом ужасном отделе. Главный корпус школы был выстроен — еще куда ни шло — из бетона, но банковский департамент ютился в деревянном бараке одной из пристроек. Отдел государственных накопительных программ находился в полуподвальном этаже барака — солнце, светившее с крошечного неба над внутренним садиком, проникало сюда только утром и всего на один час.

Между безрадостными столами стояла буржуйка. Раздвижные двери, открываясь, каждый раз издавали один и тот же громкий звук. Полуподвальный этаж, как ему и полагается, утопал в полумраке, внутри которого уныло слонялись просители со своими прошениями.

Служащие, набив буржуйку поленьями, откровенно бездельничали. Тем для разговора было немного — если не пошлые шуточки, то обсуждение утренних газет.

— Это самый настоящий политический хаос!

В точности такой же заголовок был в сегодняшней газете.

«Скорей бы обеденный перерыв, — подумал Кадзуо. — Немного холодно, но погода отличная: надо обязательно прогуляться. А завтра — Кигэнсэцу[1]…»

У Кадзуо не было никаких привязанностей. Дома ли, на службе — он всегда пребывал в состоянии ровного безразличия, что часто усложняло ему жизнь. По утрам, когда он, полусонный, сидел без дела за столом и пытался побороть сонливость, у него часто случалась эрекция. Если в этот момент кто-нибудь его звал, ему было очень неудобно вставать из-за стола. Поездка в трясущемся автобусе, как и борьба со сном, тоже всегда заканчивалась эрекцией. Обычно он засовывал руку в карман и тихонько себя успокаивал. В общем-то в этом не было ничего приятного.

У сослуживицы за соседним столом на подставке для карандашей сидела маленькая шерстяная кукла. Кукла казалась просто спутанным комочком шерстяных ниток. Синих и зеленых. В свободное от работы время девушка катала куколку по столу, тыкая в нее кончиком карандаша. Эта девушка, как только появлялась на работе, сразу начинала затачивать свои карандаши, которых было десять штук. Она точила их, пока они не становились острыми, как шило, и только тогда принималась за работу.

Шерсть — отличная вещь. Сколько ни тыкай острым карандашом в шерстяную куколку, она остается такой же, как всегда. Кадзуо вспомнил учения по штыковому бою — там была соломенная кукла, которую раз за разом протыкали штыки винтовок. Соломенная кукла иногда приходила в негодность. В земляную пыль у подножья шеста, на котором она висела, все падала и падала яркая соломенная труха.

— Кодама, голубчик, пойдем-ка, — проходя мимо его стула, сказал начальник отдела.

— А?

— Пойдем, говорю. Заседание по финансовым проектам.

В министерстве вечно обсуждались финансовые проекты, а отдел государственных накопительных программ вечно выдвигал проект по накопительным программам. Но инфляция все равно начнется. Как ни крути, начнется разрушительная инфляция. Так предсказал доктор Оути.

Начальник отдела и Кадзуо торопливо прошли по коридору. И пол, и стены — весь коридор был в заплатках. Возле туалета пахло мочой. Но вот и кабинет замминистра. Кадзуо пристроился на полу.

К фурункулу, вскочившему у хозяина кабинета на холке, пластырем приклеен комок марли… А все оттого, что замминистра всегда сидит, развалившись в кресле. Вот бактерии с кожаной спинки и попали к нему на шею.

вернуться

1

Кигэнсэцу — День Смены Эпох, 11 февраля. Один из четырех больших праздников Сидайсэцу. С 1872 года и до конца Второй мировой войны отмечался как День восхождения на трон мифического императора Дзимму. В описываемое время Кигэнсэцу уже был отменен. — Здесь и далее прим. перев.