«Насилие можно пресечь только насилием», – философски подумал Рон. – «Именно поэтому у таких как я всегда будет работа».
– «Пахлава-1», это «Марципан-4»! – заголосил динамик. – Дроиды строятся для повторного штурма! Приём.
– Принял, «Марципан-4», – ответил Рон. – Примерная численность сил противника? Приём.
– Не менее семи тысяч, но при поддержке бронетехники, – ответил наблюдатель. – Приём.
– Следите за ними, обо всех изменениях обстановки докладывать немедленно, – ответил ему Рон. – Конец связи.
И тут…
– Воздух!!! – заорал один из гвардейцев, сидящий в гражданской башне о трёх этажах.
Таких башен по городу было много, поэтому Рон посадил в некоторые из них посты воздушного наблюдения.
Посмотрев в небо, Рон увидел дроиды-бомбардировщики E-STAP, десять штук, идут крылом.
– Всем расчётам, пулемёты в зенитный режим! – приказал Рон по рации.
Это будет малоэффективно, так как высота полёта бомбардировщиков не менее трёх километров, но даже пара дырок в обшивке даст понять неизвестному командиру, что лучше не снижаться слишком сильно.
Сдвоенные КПВ устремили стволы в небо и начали делать то, ради чего их собирали на советских заводах неизвестные Рону рабочие и инженеры.
Канонада загремела эпическая, но радующая слух Рона. Упреждение расчёты не знают, поэтому надежда только на широкую пулевую завесу.
Если бы Рон знал заранее, то взял бы с собой какой-нибудь зенитно-ракетный комплекс…
Но ракеты-то у него есть!
Он аппарировал под землю, на склад оружия. Схватив четыре «Стингера», он аппарировал на крышу королевского дворца Тида, где бывал накануне вечером, после чего вдавил капсулу с азотом [13] и начал наведение на бомбардировщики.
Двигатели их выделяют тепло, о чём сообщил компьютер ПЗРК. Это Stinger RMP Block IV. Рон уже давно прочитал инструкцию к нему и знал, что ракету специально разрабатывали для поражения русских штурмовиков, таких как Су-59 или Як-68. Американцы ожидали, что штурмовая авиация, в случае глобальной войны, станет большой проблемой, поэтому в 2031 году объявила тендер на разработку нового «Стингера», с условием сохранения духа предыдущей модели.
«Сейчас посмотрим, что они там нахимичили…» – подумал Рон, глядя, как компьютер выхватил цель.
Пиликнуло оповещение о готовности, а затем ракета зашуршала как осенняя листва на ветру и полетела к цели, начав оставлять дымовой след лишь спустя примерно километр полёта. Хитрые американцы позаботились о том, чтобы местоположение стрелка было гораздо сложнее засечь.
Ракета летела по спиралевидной траектории, чтобы её было сложнее сбить, но это было напрасно, так как сбивать её никто не собирался.
Десять секунд полёта – ракета достигает нужной дистанции до корпуса, срабатывает датчик и заряд взрывчатки детонирует.
Дроны-бомбардировщики традиционно бронированы плохо, как и всякая авиация подобного назначения. Поэтому Рон, уже прислонивший отстрелянный пусковой контейнер к ограждению крыши, в цифровой бинокль наблюдал трагические итоги воздействия 2,3 килограмм взрывчатки на оказавшийся таким хрупким корпус летательного аппарата. Бомбардировщик разорвало на два куска, независимо друг от друга летящих к земле.
– Неплохо, твою мать! – удовлетворённо прокомментировал итоги пуска Рон.
Другие ракетчики тоже наводились на цели, что было слышно по радиопереговорам. Рон поднял очередной «Стингер» и внимательно прослушал переговоры, определив, что крайний правый бомбер ещё не занят.
– Поехали, – пшикнул он капсулой с азотом.
Пять с половиной секунд – ровно столько нужно, чтобы азот охладил головку самонаведения до температуры около −200 °C. На самом деле, это было необязательно, так как ультрафиолетовая головка может навести и без инфракрасной, но Рон человек надёжных решений. По инструкции надо охладить – значит, он охладит.
Вновь ракета пролетела километр на особом ракетном движке, не дающим визуально наблюдаемого дымового следа, а затем переключилась на классический твердотопливный двигатель.
– Херак! – сопроводил Рон восклицанием детонацию БЧ ракеты и посмотрел на пусковой контейнер в руках. – Надо придержать пару штук для реверс-инжиниринга! Думаю, здесь эта ракета будет иметь невиданный доселе успех!
Он прекрасно понимал, что электроника «Стингера», по местным меркам, лютый примитив. Но он работает – а это главное.
«Но „Стингер“ – это тебе не АК74», – с досадой подумал Рон. – Чтобы успешно наладить серию, нужно будет голову сломать. Чувствительные гироскопы – раз, миниатюрные турбогенераторы – два, оптика мощнейшая – три. Электроника на этом фоне, если подумать, херня из-под ногтей…
13
Азот в ПЗРК – это нужная штука. В классических ПЗРК типа «Стингера» датчик наведения инфракрасный, поэтому непосредственно к бою его лучше подавать холодным. Отличным решением служит капсула с азотом, которую накалывают на специальный полый штырь, после чего азот охлаждает инфракрасный датчик, иначе именуемый головкой самонаведения, до ебейших минусовых температур, после чего он отчётливо улавливает температуры от 600–800 °C (некоторые балаболы пиздят, что на уголёк сигареты может навестись, но это байкальской чистоты пиздёж, так как температура тлеющей сигареты едва достигает 350–400 °C), как раз столько, сколько надо, чтобы зафиксировать работу авиационного движка. Поэтому во все времена против подобных ПЗРК будут эффективны отстреливаемые тепловые ловушки, которые, как правило, даже горячее, чем самые сисястые и жопастые креолки Бразилии двигатель самолёта. Современные ПЗРК, естественно, таким примитивным образом наебать очень сложно, но тоже можно – всё зависит от качества и продвинутости электронной начинки, а также способов самонаведения. Даже в отношении «Стингеров» можно сказать, что там заюзаны ультрафиолетовые головки самонаведения, позволяющие легко распознать попытки грубого теплового наёба, но ничего не бывает просто так: УФ-головки работают на существенно меньшей дистанции, нежели ИК-головки, а также подвержены влиянию погоды, что в списке ИК-головок не значится. Есть информация, что «Стингер» – единственный в мире серийный ПЗРК с УФ-головками самонаведения, это большей частью соответствует действительности, но надо знать, что у него двухспектральная ИК/УФ-головка, то есть и нашим, и вашим. Это значит, что в херовой погоде «Стингер» работает хуже, а ещё может нехило наебаться об тепловую ловушку. Это не значит, что этот ПЗРК плох, отнюдь нет. Свои задачи он выполняет очень хорошо (если речь идёт не о Ми-24, который из «Стингера» почему-то сбить крайне тяжело), только дорогой, сука. Впрочем, отечественные аналоги не намного дешевле. Помнится, во время действительно воинской службы автор разговаривал с ПВО-шниками, только прибывшими с полигона. И один из них, во время перекура, восторженно рассказал, что шмальнул двадцатью семью тысячами баксов прямиком в планер-мишень. То есть, если по ценам тех лет, он буквально выпустил в воздух новую Кию Спортейдж, после чего взорвал ею планер-мишень. «Стингер», по американским ценам, обходится казне в два с половиной раза дороже, но это плюс-минус херня, если подумать. Те же «Джавелины» стоят по 250 000 американских рублей, что вообще ни в какие ворота! Запоздалое предупреждение: RedDetonator будет вываливать на вас, уважаемые читатели, ещё очень много разной и бесполезной информации, поэтому терпите! Рано или поздно информация закончится, и он будет многозначительно помалкивать, эмпирическим путём накапливая разную и бесполезную информацию.