Выбрать главу

Но в каких выражениях, угодных его величеству и в то же время отвечающих истине, должны мы говорить о последнем предписании губернатору колонии Вирджиния, согласно которому ему запрещается санкционировать любой закон о разделе округа, если новый округ не согласится не иметь своего представителя в ассамблее? Эта колония еще не закрепила границ на западе; ее западные округи, следовательно, не имеют границ; некоторые из них фактически расположены на расстоянии многих сотен миль от своих восточных границ. Возможно ли, чтобы его величество совсем не подумал о положении людей, которые, чтобы добиться правосудия [получив воздаяние] за обиды, какими бы большими или малыми они ни были, по законам этой колонии, должны месяцами являться в суд своего округа, находящийся так далеко от них, со своими показаниями, пока не будет решена их тяжба? Или его величество всерьез желает, заявляя об этом миру, чтобы его подданные отказались от славного права представительства со всеми выгодами, которые могут быть от этого получены, и отдали себя в полное рабство его суверенной воле? Или скорее имеется в виду ограничить законодательные учреждения до имеющегося в настоящее время числа, с тем чтобы с ними легче было разделаться, когда ими будет стоить заняться?

Одна из статей обвинения против Трезилиана {4} и других судей Вестминстерского зала заседаний при Ричарде II, по которой им был вынесен смертный приговор как изменникам родины, заключалась в том, что она разрешала королю в любое время распускать парламент; последующие короли держались мнения этих несправедливых судей. Однако с момента принятия (во время славной революции) британской конституции с ее свободными и древними принципами ни его величество, ни его предшественники не пользовались этой властью для роспуска [парламента] на о-ве Великобритания [1]; и когда к его величеству обратился там народ с петицией о роспуске тогдашнего парламента, ставшего ему неугодным, услышали, как его министры заявили на открытом [заседании] парламента, что его величеству не дана такая власть по конституции. Но насколько иначе они говорят и поступают здесь! Провозглашение, как того требовал долг, известных прав своей страны, препятствие всякой чужеземной узурпации отправления правосудия, пренебрежительное отношение к настоятельным требованиям министра или губернатора — нескрываемые причины роспуска палат представителей в Америке. Но если такая власть действительно дана его величеству, неужели он предполагает, что наделен ею для внушения страха своим подданным? Если бы депутаты палаты потеряли доверие своих избирателей, если бы они заведомо распродали свои самые ценные нрава и приняли на себя власть, которой народ им никогда не давал,— тогда, действительно, их дальнейшее функционирование стало бы опасным для государства и вызвало бы необходимость роспуска [палат]. Поскольку в этом заключаются причины, по которым представительный орган должен или не должен быть распущен, не покажется ли странным для беспристрастного наблюдателя, что представительство в Великобритании не было распущено, в то время как представительство в колониях неоднократно навлекало на себя такой приговор?

Но ваше величество или ваши губернаторы проявляли эту власть вне пределов, предусмотренных законом. Распустив одну палату представителей, они отказывались созвать другую, так что в течение длительного времени предусмотренная законом законодательная власть не существовала. По природе своей каждое общество во все времена должно иметь в своих пределах суверенную законодательную власть. Чувства человеческой природы восстают против возможности существования государства, неспособного в случае крайней необходимости предотвратить опасность, которая, возможно, грозит немедленной гибелью. Пока существуют учреждения, которым народ передал полномочия законодательной власти, только они владеют этой властью и могут ее проявлять. Но когда их распускают, обрубая одну или более ветвей [власти], власть возвращается к народу, который может пользоваться ею в неограниченных пределах в любой форме, какую сочтет необходимой: собираясь вместе лично, посылая депутатов или как-то иначе. Мы воздерживаемся рассматривать последствия более детально; опасности, которыми чревата такая практика, очевидны.

Кроме того, мы обращаем внимание на ошибку, вкравшуюся в очень ранний период нашего поселения и относящуюся к характеру нашего землевладения. Введение феодальных владений в королевстве Англии, хотя и древнее, вполне понятно, чтобы правильно осветить этот вопрос. В раннюю эпоху поселения саксонцев феодальные владения были, разумеется, совершенно неизвестны, и очень немногие, если вообще такие имелись, были введены во время норманского завоевания. Наши саксонские предки владели землей так же, как своим личным имуществом; это было их абсолютное владение, без всякого подчинения кому-то вышестоящему; оно почти полностью отвечало характеру владений, именуемых при феодализме аллодом {5} . Вильгельм Норманский впервые широко ввел эту систему. Земли, принадлежавшие павшим в битве при Гастингсе {6} и в последующих мятежах, которые происходили во время его правления, составляли значительную часть земель всего королевства. Вильгельм жаловал [своим приближенным] эти земли, которые облагались феодальными повинностями, как и те, которые принадлежали его многочисленным новым подданным, вынужденным под влиянием уговоров или угроз от них отказаться. Но все же много земель осталось в руках его саксонских подданных, не принадлежащих никому из вышестоящих лиц и не подчиняющихся феодальным условиям. Поэтому они, как гласят законы, введенные для того, чтобы сделать однородной систему военной обороны, подлежали таким же военным обложениям, как если бы они были феодами {7} , и норманские законоведы вскоре нашли способ взвалить на них и другие феодальные тяготы. Но все же эти земли не были отданы королю, не были дарованы им, и поэтому он ими не владел. Был введен общий принцип:

«Все земли в Англии являются собственностью короны прямо или косвенно». Но этот принцип был заимствован из истинно феодальных владений и применялся к остальным только для примера. Поэтому феодальные владения были лишь исключением из саксонских законов о собственности, по которым все земли находились в собственности по абсолютному праву. Поэтому они продолжают составлять основу обычного права и преобладают там, где не имели места исключения. Америка не завоевывалась Вильгельмом Норманским, и ее земли не подчинялись ни ему, ни кому-либо из его преемников. Несомненно, все владения носят аллодиальный характер. Однако наши предки, переселившиеся сюда, были тружениками, а не законоведами. Вначале их убедили считать действительным вымышленный принцип, будто все земли первоначально принадлежали королю, и, следовательно, они принимали от короля пожалованные им их собственные земли. Пока король продолжал даровать земли за небольшие суммы и допустимую ренту, не было необходимости положить конец этой ошибке я обнажить ее перед народом. Но недавно его величество взял на себя изменение условий покупки и владения землей: он удвоил цену по сравнению с той, какая была раньше. Вследствие этого население нашей страны испытывает затруднения, так как приобрести землю становится сложно. Поэтому настало время изложить его величеству этот вопрос и заявить, что он не имеет права сам жаловать земли. По природе и назначению гражданских учреждений все земли в пределах, занимаемых каким-либо обществом, присваиваются этим обществом и подлежат распределению только им самим. Такое распределение может производиться самими [участниками], собравшимися [для этой цели], или их законодательными учреждениями, куда они могут направить суверенное лицо; если же распределение земель производится иначе, то каждый член общества может присвоить себе свободные земли, после чего он получит титул.

вернуться

1

При дальнейшем исследовании я обнаружил два случая роспуска парламента, до того как он перестал существовать как таковой, а именно: парламент, который должен был заседать 24 августа 1698 г., был распущен королем Вильгельмом 19 декабря 1700 г., другой, который должен был заседать 6 февраля 1701 г., был также распущен 11 ноября 1701 г., а новый заседал 30 декабря 1701 г.