Выбрать главу

Встал и комиссар.

– Я имею право с женой посоветоваться? – спросил Александр.

– Конечно, – комиссар такому вопросу даже удивился. – Очевидно, это мое упущение – не объяснил... Не только имеете. Это необходимое условие, потому что, в случае согласия, вам вместе с ней предстоит полностью переменить свою жизнь. Полностью и кардинально! Но она должна тоже уметь молчать, потому что жены наших сотрудников автоматически становятся такими же сотрудниками. Так сказать, специфика. Бывает, что становятся и вполне официально... И довольно часто принимают участие в боевых операциях. Это серьезно. Жена должна быть готова к такому повороту событий.

– Молчать она умеет. Ее родители только через три года после нашей свадьбы узнали, что я не в армии служу, а в ФСБ. Для них я был просто офицером.

– Теперь, надеюсь, будете просто полицейским, – улыбнулся Костромин. – Впрочем, в России нет полицейских. Даже налоговую полицию у вас разогнали. Тогда лучше оставаться просто офицером, как и прежде. Итак, мы договорились. Посоветуйтесь... При вашей новой работе, если вы согласитесь – я не буду скрывать! – опасность вы будете делить с женой пополам.

– Я объясню это, – кивнул Басаргин.

– А я ближе к вечеру предварительно позвоню. Может быть, мне и приезжать не надо будет. Я понимаю, что каждый человек вправе сам решать свою судьбу. Не так просто броситься с головой в омут, не зная даже, что тебя там может ждать. И не буду вас обвинять, если откажетесь... Но это все-таки рост и перспектива. Поэтому рекомендую хорошенько подумать.

3

В тугаях кабан хрюкает. Злобно, раздраженно, с подвизгом.

Это вообще страшное, если разобраться, дело – встреча с диким и озлобленным на весь мир кабаном-секачом. Кто ходил местными тугаями, знает, что в Тигровой балке[4] и вокруг нее многочисленные тропы не людьми проложены. Кабаны и олени протоптали корни тугайника, и кустарник отступил вправо и влево. Но отступил он только по земле, на уровне роста животного. Взрослому же человеку по этим тропам ходить неудобно. Приходится пригибаться, потому что поверху ветви отступить не пожелали и смыкаются, переплетаются, норовят в волосы вцепиться и глаз выколоть.

Абдулло повел головой, прислушался. Голос кабана удалялся. Если на такой тропе с секачом встретиться – убежать невозможно. В стороны через тугайник не проберешься. Кабану там легче не застрять и догнать человека. А просто бежать очень неудобно – не выпрямишься. А стрелять по животному – дело запороть...

Он перебросил тяжелый автомат со спаренными рожками в левую руку и осторожно двинулся дальше. До поляны, где тугаи кончаются и начинается небольшая, в пару десятков деревьев роща тутовника, осталось еще шагов пятьсот. И к каждому звуку следует прислушиваться.

Где-то выпь кричит. Она птица ночная. Или вообще непонятно какая. Днем болото клювом ковыряет, по ночам кричит. А голос визгливый, не птичий. Дрожь по коже от такого крика пробегает. Часто этот крик раздается, когда выпь человека видит. Не идет ли кто?

Пограничников здесь немного, но они злы, потому что на прошлой неделе пытались задержать группу, переходящую Пяндж, и нарвались на сильный встречный огонь. Более того, встречающие группу парни зашли сбоку и тоже открыли огонь. В результате один из пограничников был убит, а двое ранены. И сейчас им лучше не попадаться – будут сразу стрелять на поражение, не вступая в разговоры.

Абдулло прошел эти пятьсот шагов в напряжении. И чем ближе подходил к поляне, тем сильнее возрастало напряжение. Тропа резко повернула. Еще три шага вправо. Тугаи раздвинулись неожиданно с левой стороны. Вот он, выход на поляну. Но выйти Абдулло не спешил, несмотря на то что спина затекла и устала. Долго придется так ходить – горб на спине вырастет.

Он присмотрелся, прислушался. Стоял так минуты три. И только потом сделал осторожный шаг вперед и выпрямился. Но и выпрямляясь, ждал выстрелов. Первая очередь часто бывает спешной и неточной. Следует сразу броситься на землю и перекатиться туда, где его не будет видно. И только тогда дать ответную очередь на вспышку пламени из ствола и снова перекатиться, чтобы на твою вспышку не пришлась следующая очередь, ответная. Так Назар учил и заставлял тренироваться в падении и перекатывании.

В этот раз снова обошлось. Никто не стрелял. Выждав еще несколько минут, Абдулло смело пошел через поляну к высоким и стройным тутовникам. И увидел, как навстречу ему из-за деревьев вышла знакомая фигура. Они поздоровались уважительно, двумя ладонями.

вернуться

4

Тигровая балка – заповедник в Таджикистане, выходит одним боком к пограничной с Афганистаном реке Пяндж.