Выбрать главу

— В течение дня я сообщу вам о своем решении.

— Постарайтесь не размышлять слишком долго.

— До часу я позвоню вам. До свидания.

Рыжий вскочил и побежал вокруг стола. Левой рукой он хлопнул Мартина Бека по спине, а правой пожал ему руку.

— Ну, в таком случае, пока, Мартин. Прояви все, на что ты способен. Это важное дело.

— Да, важное, — сказал секретарь.

— Да, — добавил рыжий, — чтобы у нас на шее не оказалось еще одного дела Валленберга о шпионаже.[1]

— Это именно те слова, которые здесь нельзя произносить, — заметил секретарь с усталым отчаянием в голосе.

Мартин Бек кивнул и вышел из кабинета.

— Значит, ты хочешь туда отправиться? — сказал Хаммар.

— Еще не знаю. Я не знаю венгерского.

— Его в полиции никто не знает. Это мы тоже учитывали. Но говорят, что там вполне можно объясниться по-немецки и по-английски.

— Это какая-то странная история.

— Дурацкая, — заявил Хаммар. — Но мне известно нечто такое, о чем в министерстве иностранных дел не знают. Он числится в нашей картотеке.

— Матссон?

— Да. В бывшем третьем отделе, в секретном хранилище.

— Контрразведка?

— Вот именно. Отдел безопасности государственной полиции. Три месяца назад они немного присматривали за Матссоном.

Раздался громкий стук в дверь, и в кабинет заглянул Колльберг. Он в изумлении вытаращил глаза на Мартина Бека.

— Что ты здесь делаешь?

— Наслаждаюсь отпуском.

— О чем же в таком случае вы тут шепчетесь? Мне уйти? Так же тихонечко и незаметно, как я пришел?

— Да, — сказал Хаммар. — Вернее, нет. Я этими тайнами уже сыт по горло. Входи и закрой за собой дверь.

Он вытащил из ящика стола толстую папку со скоросшивателем.

— Это была всего лишь обычная проверка, — сказал он, — никаких других мер не предпринимали. Однако для того, кто должен заниматься этим делом, здесь найдется кое-что интересное.

— Черт возьми, чем это вы здесь занимаетесь? — спросил Колльберг. — Вы что, стали тайными агентами?

— Если не замолчишь, придется тебя выставить отсюда, — сказал Мартин Бек. — Почему Матссоном занималась контрразведка?

— У паспортной полиции имеются свои методы. Так, например, в аэропорту Арланда они записывают имена людей, путешествующих в европейские страны, где требуются визы. А какая-то сообразительная голова заглянула в их списки и удивилась тому, что этот Матссон путешествует слишком часто. Варшава, Прага, Будапешт, София, Бухарест, Констанца, Белград. Ему часто требовался паспорт. Поэтому отдел безопасности тихонечко провел маленькое расследование. Например, они отправились в редакцию того еженедельника, где он работает, и задали там кое-какие вопросы.

— И что же в редакции ответили?

— Конечно, в редакции ответили, что все в полном порядке. Альфу Матссону часто требуется паспорт. А почему бы и нет? Это наш эксперт по вопросам Восточной Европы. Таков был результат — ничего, достойного внимания. Однако все же что-то здесь не в порядке. Возьми и прочти это сам. Можешь остаться с этой папкой у меня в кабинете, потому что я ухожу домой. А вечером я иду в кино на фильм о Джеймсе Бонде. Ведите здесь себя хорошо.

Мартин Бек открыл папку и начал читать. Дочитав первую страницу до конца, он подвинул ее к Колльбергу, тот взял лист бумаги кончиками пальцев и развернул его к себе. Мартин Бек вопросительно посмотрел на него.

— Я ужасно потею, — сказал Колльберг. — Боюсь испачкать эти их сверхсекретные документы.

Мартин Бек кивнул. Сам он потел только тогда, когда у него был насморк.

В последующие полчаса они молчали.

В общем-то картотека не содержала ничего достойного внимания, но была составлена с необычайной тщательностью. Альф Матссон родился не в Гётеборге и не в 1934 году, а в Мёльндале в 1933 году. Начинал он журналистом в провинциальной газете в 1952 году и работал репортером в разных провинциальных изданиях, пока не попал в Стокгольм в качестве спортивного журналиста в 1955 году. В этом качестве он предпринял ряд поездок за границу, среди прочих на олимпиады в Мельбурне в 1956 году и в Риме в 1960 году. Ряд его бывших шефов подтвердил, что он талантливый журналист «с быстрым и свежим пером». Из ежедневной прессы он ушел в 1961 году в еженедельник, где и работал до последнего времени. В последние четыре года специализировался, главным образом, на зарубежных репортажах с разнообразной тематикой, от политики и экономики до спорта и идолов поп-музыки. Образование среднее, бегло говорит по-английски и по-немецки, кое-как по-испански и немножко знает французский и русский. Заработная плата составляет около сорока тысяч в год. Женат дважды, первый раз в 1954 году, развод в следующем году, вторично в 1961 году. Двое детей, девочка от первого брака, мальчик от второго.

С похвальным старанием автор картотечных данных описал кое-какие теневые стороны жизни герра редактора. Несколько раз тот забывал уплатить алименты на содержание своего старшего ребенка. Первая жена характеризовала его как «пьянчугу и жестокого насильника». Замечание в скобках гласило, что свидетельница не производила впечатления человека, которому вполне можно доверять. Намеков на то, что Матссон пьет, там, впрочем, было много, и среди прочих замечание одного его бывшего коллеги, который заявил, что «он мировой парень, но когда напьется, становится неприятным». Лишь один из этих намеков удалось подтвердить документально. 6 января 1966 года полицейский патруль в Мальмё отвез его в муниципальную больницу с колотой раной в руке. Рану он получил в драке с неким Бенгтом Йёнсоном, к которому случайно зашел в гости. Этим делом занималась также криминальная полиция, однако обвинение предъявлено не было, так как Матссон не захотел писать заявление в полицию. Два полицейских, Кристианссон и Квант, заявили, что Матссона и Йёнсона задержали в пьяном виде, поэтому дело было зарегистрировано в отделе по борьбе с пьянством.

Его нынешний шеф, некий редактор Эриксон, высказывался осторожно. Матссон у них является «специалистом по восточноевропейским проблемам» (зачем еженедельнику такого калибра понадобился подобный специалист, это уже, очевидно, другое дело), и редакция не видит никаких причин, по которым она должна излагать полиции подробности о работе своего отдела репортажей. Матссон, как было написано ниже в отзыве, «очень интересуется восточноевропейскими проблемами и хорошо разбирается в них, часто проявляет инициативу и обращается с собственными предложениями, а несколько раз проявил честолюбивое желание пожертвовать своим свободным временем без требования финансового возмещения и написать репортажи, которые ему кажутся особенно интересными».

Какой-то предыдущий читатель досье тоже проявил честолюбие и последнюю фразу подчеркнул красным карандашом. Вряд ли это сделал Хаммар. Он с уважением относился к тому, что написали другие люди.

Список опубликованных статей Матссона, как оказалось, состоит почти исключительно из интервью с известными спортсменами, спортивных репортажей, заметок о кинозвездах и о самых разнообразных областях индустрии развлечений.

В досье излагались и другие факты в том же духе. Дочитав его до конца, Колльберг сказал:

— На редкость неинтересный человек.

— Если не считать одной странной подробности.

— Ты имеешь в виду то, что он исчез?

— Вот именно, — ответил Мартин Бек.

Он потянулся к телефону, набрал номер министерства иностранных дел, и Колльберг с изумлением услышал, как он говорит:

— Это Мартин? Привет, Мартин, это Мартин.

Мартин Бек долго слушал с выражением невероятного страдания на лице. Потом он сказал:

— Да, я еду.

IV

Дом был старый, без лифта. Фамилия «Матссон» значилась в списке жильцов в самом верху, и когда Мартин Бек вскарабкался по крутой лестнице на пятый этаж, он запыхался и у него колотилось сердце. Он минуту подождал и потом позвонил.

вернуться

1

Рауль Валленберг (1912—1947?) — шведский бизнесмен и дипломат, во время Второй мировой войны спас тысячи венгерских евреев. В 1945 г., после того, как в Будапешт вошла Советская армия, был арестован советскими властями по обвинению в шпионаже и увезен в Москву. Его дальнейшая судьба неизвестна. В 1981 г. Конгресс США избрал его почетным гражданином США; до него такой чести удостаивался только сэр Уинстон Черчилль (здесь и далее, если не указано другое, прим. пер.) .