Выбрать главу

Бишоп не колебался:

— Возвращайся в Квантико, Райли.

— Не узнав, что здесь произошло? Я не могу этого сделать.

— Я не хочу приказывать тебе.

— А я не хочу не подчиниться прямому приказу. Но я не могу просто собрать вещички и уехать, когда в моей памяти такая дыра. Не проси меня так поступить, Бишоп.

— Райли, послушай. Ты там одна, без поддержки. Ты не можешь вспомнить последние три недели. Ты даже не помнишь, каким расследованием занимаешься. И твои способности, обычно помогающие тебе сконцентрироваться и обойти подводные течение, сейчас недоступны. Это может быть как временным явлением, так и постоянным. Теперь назови мне хоть одну причину, почему я должен не обращать на всё это внимания и позволить тебе остаться там?

Она вздохнула и пробормотала:

— Да. Одна причина. Так вот я должна остаться, потому что сегодня очнулась одетая и покрытая засохшей кровью. Что бы тут ни произошло, я оказалась в этом по локоть. Один звонок местному шерифу, и я, вероятно, окажусь за решеткой. Так что мне нужно остаться тут, Бишоп. Мне нужно остаться, пока я не вспомню, не пойму, что, черт побери, происходит.

Часть 2

Сью Макинтайр не нравилось распоряжение местных властей, согласно которому собак не пускали на пляж с восьми утра до восьми вечера. Она охотно поднималась рано, чтобы выгулять двух лабрадоров на пляже. Вот только большие собаки, — во всяком случае, ее собственные, — с удовольствием поплескались бы в воде пару раз в день. Особенно жарким летом.

К счастью, в центре Касла был расположен большой парк с неглубоким прудом, куда собак пускали и днем. Поэтому, по крайней мере, раз в день она усаживала Пипа и Бренди в джип, и они все вместе отправлялись через мост на материк.

Она ожидала, что в понедельник после полудня людей в парке будет немного; приезжие жарились на пляже или ходили по магазинам, так что в парке можно было встретить лишь местных жителей. Большинство из них приходили сюда, чтобы выгулять собак.

Она припарковалась ближе обычного к месту для выгула, и уже через несколько минут бросала фрисби[1] Бренди, а теннисный мячик — Пипу. Замечательная физическая нагрузка: она бросала фрисби и мячик, а собаки с радостью ловили и приносили их ей.

Сью поняла, что часть забора отсутствовала, только когда Пип вдруг бросил мячик и понесся в лес. Он был нахальнее и любопытнее своей сестры, поэтому воспользовался представившейся возможностью.

— Черт, — Сью не слишком переживала; он вряд ли выбежал бы на улицы, или на дорогу с оживленным движением транспорта. Но также он вряд ли бы вернулся, позови она его, потому что любил гулять по лесу даже больше, чем бегать по пляжу. И развил способность внезапно глохнуть на некоторое время, когда его что-то серьезно занимало.

Сью позвала Бренди, пристегнула поводок к ее ошейнику, а потом пустила ее по следу второй собаки.

Можно подумать, что светло-шерстную собаку просто увидеть в темном лесу, но Пип умел становиться невидимым, и Сью могла лишь надеяться, что Бренди по запаху найдет своего брата. К счастью, ей, в общем, не надо было говорить Бренди, что делать, и та провела хозяйку в лес.

Для этой местности лесной участок был необычен, так как там росли высокие деревья и густой подлесок, непохожие на обычные высокие и тонкие прутики на песочной почве. Но так как этот лес находился всего лишь в миле от центра Касла, то вряд ли его можно было назвать уголком дикой природы.

Сью и ее собаки, вполне вероятно, исследовали каждый дюйм этого леса за те пять лет, что она жила на Опаловом Острове.

Хотя даже сейчас она бы не пошла к большой поляне в самом центре леса, если бы ее туда не повела Бренди. Она слышала слухи о том, что там нашли примерно около недели назад. Ей совсем не нравилась мысль о том, что те несколько камней, на которые она могла присесть отдохнуть и насладиться лесной тишиной, теперь получили более зловещее предназначение.

Люди поговаривали о сатанизме.

Сью никогда не верила в такие вещи, но ведь не бывает же дыма без огня, в этих лесах было запрещено охотиться, а зачем еще кому-то убивать животное…

И тут залаял Пип.

Поеживаясь от озноба, Сью ускорила шаг, перейдя практически на бег, следуя за Бренди по извилистой тропинке, ведущей к поляне.

Она подумала, что любой человек мог без всякой причины прирезать животное в лесу, вероятно, без колебаний прикончил бы чье-то домашнее животное, особенно, если бы то появилось в неподходящее время в неподходящем месте.

— Пип! — Вряд ли имело смысл звать его, но Сью вдруг отчаянно испугалась, так испугалась, как никогда прежде. Такой глубокий, едва ли не первобытный ужас, и его нужно было выплеснуть.

И лишь много позже она поняла, что чувствовала запах крови задолго до того, как вышла на поляну.

Там они нашли лишь стоящего неподвижно и оглушительно лающего Пипа. Но этот лай не был радостным, а непривычным, едва ли не истеричным, словно пес выражал тот самый первобытный ужас, который испытывала сама Сью.

Придерживая поскуливающую Бренди, Сью подошла к Пипу и вслепую пристегнула поводок к его ошейнику. Она глаз не сводила с того, что лежало посреди поляны.

Кучка обычных камней, ранее совершенно непримечательных, а теперь заляпанных кровью. Тут было очень много крови.

Однако, она почти не обратила внимания на камни, даже не заметила костер рядом с ними. Она лишь смотрела на то, что висело над ними.

Практически неузнаваемое, обнаженное мужское тело свисало с веревок, прикрепленных к крепкой дубовой ветке. Это тело было покрыто неглубокими порезами, кровь из которых сделала его тело красным и явно запачкала камни.

И кровь стекала уже давно.

Запястья были стянуты веревкой, руки подняты вверх над… Вот только они не были вытянуты над головой.

Потому что головы не было.

Сью полузадушено вскрикнула и убежала.

После нескольких аргументов, Райли в конце концов одержала верх.

Вроде того.

Бишоп согласился не отзывать ее, но не собирался так всё оставить. Сейчас был понедельник, и у нее оставалось время до пятницы, чтобы «разобраться с ситуацией», — то есть вспомнить, что произошло за последние три недели и понять, что происходит. Если же у нее не выйдет, то она вернется в Квантико.

И она каждый день будет отчитываться. Один день пропустит, и Бишоп пошлет агента или команду агентов, чтобы вытащить ее. Или приедет сам.

Она также должна была незамедлительно прислать в Квантико запачканную кровью одежду, в которой очнулась. Бишоп пришлет курьера через пару часов, чтобы забрать посылку. И если в результате окажется, что это человеческая кровь, то ситуация кардинально поменяется.

— Ты думаешь, что это может быть кровь животного? — спросила она.

— Так как ты отправилась проверить отчеты о возможных оккультных ритуалах, то это вполне вероятно, — Бишоп помолчал, потом продолжил: — Мы получили несколько отчетов с юго-востока за последний год. Ты помнишь хоть это?

Она помнила.

— Но в девяти раз из десяти доказательств оккультных ритуалов не было. Или, по крайней мере, ничего опасного.

— Ничего сатанинского, — согласился он. — Часто мы имеем дело лишь с паникой местных жителей, основанной на том, что поклонники дьявола проводят ритуалы в лесу. Оргии и жертвоприношения детей.

— Да, в действительности, почти всегда это просто шутки, или поспешные выводы, к которым приходят люди, обнаружив что-то странное и одновременно выполняя свой гражданский долг.

— Точно. Как только слухи разлетаются, то люди обычно делают из мухи слона, а вот это может привести к настоящим проблемам.

— Так что я приехала сюда расследовать сообщения об оккультной деятельности? — Райли всё еще пыталась вспомнить, одновременно пытаясь связать ту одежду и белье, которые она купила, с обычным расследованием.

Именно она была специалистом по оккультизму ООП.

вернуться

1

Фрисби, фризби — летающий диск, спортивный снаряд, представляющий собой пластиковый диск с загнутыми краями диаметром 20–25 сантиметров. Диск сделан таким образом, чтобы при его полёте создавалась подъёмная сила, что позволяет бросать диски на значительные расстояния.