…от нелепости… непоследовательную? – Джойс много раз повторял это сопоставление католичества и протестантства, явно нравившееся ему.
Пембрук — один из богатых кварталов Дублина.
Селлигеп, Лэррес — деревушки в графстве Уиклоу, к югу от Дублина.
Хуан Мариана де Талавера, О. И. (1537–1623) в трактате «О короле и королевской власти» (1599) действительно разбирает темы убийства и отравления короля («тирана»), и рассуждения его Стивен передает верно. В них выражена позиция так наз. «монархомахов», иезуитских теоретиков примата папской власти над королевской.
Молчание, изгнание и хитроумие — эту трехчленную формулу высказывает (по латыни – Fuge, late, tace) Люсьен де Рюбампре в «Блеске и нищете куртизанок». Не без основания ее признают жизненным девизом и самого Джойса. Чего он не знал, вероятно, у нее – весьма древняя история с корнями в раннехристианском монашестве: по одному из кратких рассказов (апофтегм) об отцах-пустынниках, авва Арсений услыхал глас, говорящий ему: убегай, скрывайся, храни безмолвие. От глагола hesychadzei в греческом тексте этой апофтегмы идет нить к понятию исихии (священнобезмолвия) и термину «исихазм», так что в данном пункте у Стивена и Джойса есть перекличка с исихастской духовностью.
Да, дитя мое… – Крэнли копирует исповедующего священника.
Истощенные чресла… предтеча… – см. Лк. 1 и Мф. 3.
Пришел в недоумение… взломать замок. – Шутка по поводу того, что церковь святого Иоанна у Латинских Ворот (Сан-Джованни а Порта Латина) в Риме была посвящена первоначально Христу Спасителю, а затем Иоанну Крестителю и Иоанну Богослову (совместно). По преданию (позднему), на этом месте св. Иоанн Богослов был чудесно спасен от мучительной казни в кипящем масле.
Гецци — профессор, у которого Джойс в университете учился итальянскому языку; Бруно из Нолы — Джордано Бруно.
Солдаты… бросали кости… – вариация на тему Ин. 19: 23–24 (только у Иоанна говорится, что воинов у распятия было четверо).
Я думаю… тяжко болен. – Из стихотворения У. Блейка «Уильям Бонд» (1803).
Ротонда — театр и концертный зал в центре Дублина.
Уильям Юарт Гладстон – см. прим. к с. 90.
О, Вилли, нам тебя недостает! – американская песенка.
Длинная загибающаяся галерея. – Данный абзац есть почти в точности в эпифании 29.
Мать уронила ребенка в Нил… – апория, разбираемая в философии стоиков.
Лепид, Марк Эмилий Младший (I в. до н. э.) – сподвижник Цезаря; фраза Стивена – вариация реплики Лепида у Шекспира в драме «Антоний и Клеопатра»: «Ваши египетские гады заводятся в вашей египетской земле от вашего египетского солнца. Вот, например, крокодил» (II, 7; пер. М. Донского).
Линксоглазый — рысьеглазый (lynx – рысь, лат.); созвучие линкс – Линч устойчиво связывается с последним – в частности, и в «Улиссе».
Тара — королевская столица древней Ирландии; Холихед – ближайший от Дублина английский порт.
…поверг Пеннифезера в отчаяние. – Отголосок семейных историй: часть родового имущества Джойсов перешла к деду (не отцу) классика, также Джеймсу Джойсу, от некоего Уильяма Пеннифезера.
Майкл Робартис вспоминает утраченную красоту… – контаминация двух вещей Йейтса: стихотворения «Он вспоминает утраченную красоту…» (образы этого стихотворения следуют далее) и рассказа «Rosa Alchemica» (герой которого – Майкл Робартес).
Чуть слышно, под тяжким покровом ночи… – эпифания 26.
…бороться всю эту ночь, пока не придет рассвет… – вероятна аллюзия на борьбу Иакова с Богом, Быт. 32: 24–31.
…выковать в кузне моей души… – ср. выше, с. 552–553: первое появление мотива.
Ранний Джойс, или Стивениада до Одиссеи
Есть емкое суждение, сделанное великими знатоками Джойса: «Невероятно, до какой степени Джойс в юности [Joyce as a young man, отсыл к названию романа] знал, куда он направляется»[155]. Оно сразу интригует – но, прежде всего, хочется ему возразить: право, так ли это, возможно ли это вообще? Как все мы знаем, та точка, куда Джойс направлялся, его точка кульминации, – «Улисс», его предельно новая, небывалая проза. Разве же знал Джойс в юности, что он идет к ней? Разве не крайне далеки от нее ранние его опыты, собранные в этой книге? Да и сама по себе эта проза настолько неожиданна, необычна, что предвидеть ее задолго, двигаться к ней целенаправленно кажется немыслимым, нереальным. Но при всем том мы ясно чувствуем правоту суждения. Уже и в пору первых шагов, первых скромных опусов художника-в-юности его творческое поведение отличают уверенность, твердость, самостоятельность. Он не чуждается литературных кругов, ищет с ними контакта и входит в них – но при этом не только не включается в мейнстрим, в литературные силы национального движения, но высказывается критически об этом мейнстриме, ведет себя вызывающе с его главными фигурами. Он явно стремится прокладывать собственную линию – и это отнюдь не только во внешнем поведении. Едва ли не большую твердость и самостоятельность он проявляет в своем писательстве. Хотя оно едва началось, он в нем ведет себя никак не учеником, он ищет общения, читателя, но никак не наставленья и руководства, не принимает советов и отказывается от любых уступок конвенциональности. Полное впечатление, что он органически неспособен отступить от своего пути – а это и значит, что он вполне «знает, куда он направляется». Иными словами, у него есть свой вектор.
155