Выбрать главу

Джулия Фэнтон

Королевское приглашение

Аннотация

Приглашение сулило сказочный праздник на борту роскошной яхты, в обществе знаменитостей, включая правителя Коста-дель-Мар князя Генриха. Но для юной американской теннисистки Тедди Уорнер круиз обернулся трагедией: она пережила исчезновение отца и оказалась причастной к миру придворных интриг, скандалов, борьбы за власть. Только один из наследников князя Генриха сможет взойти на престол. Тедди не сразу поймет, что сердце живет по своим собственным законам…

МАЙ 1994

Отполированный до блеска черный «бентли» медленно двигался вдоль Елисейских полей, мимо Триумфальной арки, через площадь Согласия. Сгущались сумерки; широкая магистраль была освещена призрачным светом фонарей. По обеим сторонам улицы, одной из тех, что составляют славу Парижа, возвышались прекрасные здания классической архитектуры, свидетели истории.

Немолодой пассажир, отличавшийся утонченно-благородной внешностью, бесстрастно взирал сквозь затемненное стекло на всемирно известные памятники. Со стороны никто бы не догадался, что этого человека терзает сильнейшее беспокойство. От волнения у него пересохло во рту. Даже Клод, его личный шофер, не подозревал, сколь многое зависит от предстоящей встречи.

Элегантный автомобиль притормозил перед внушительным мраморным фасадом правительственного здания, свернул в узкий проезд между старинными домами и остановился у неприметной боковой двери, которой в прежние времена пользовались министры, чтобы незаметно ускользнуть из присутственного места.

Возле автомобиля тут же появились двое офицеров службы безопасности; у каждого за ухом можно было различить микротелефон.

— Следуйте за нами, мсье.

К входной двери вели четыре низкие ступеньки. Посетитель в сопровождении офицеров вошел в здание и оказался в лабиринте сводчатых коридоров. Каждый шаг по мраморным плитам отдавался гулким эхом.

Навстречу торопливо шла секретарша, в ее руках была папка с документами. Ее взгляд оживился при виде знакомого лица с глубоко посаженными темными глазами, аристократическим носом и аккуратными усиками над тонкой губой. Посетитель нахмурился: он предпочел бы остаться незамеченным. Секретарша почувствовала его неудовольствие и поспешила пройти мимо.

Белые мраморные ступени широкой лестницы привели к просторной, роскошно отделанной приемной. Темно-пурпурные обои безупречно гармонировали с парчовой обивкой диванов и кресел. На стенах во множестве красовались потемневшие от времени портреты выдающихся государственных деятелей Франции времен Второй империи и Третьей республики. На резных столиках высились стройные композиции из живых цветов.

Посетитель по-прежнему ничем не выдавал своего нервного напряжения.

Один из офицеров сказал что-то в переговорное устройство и распахнул дверь. Седовласый человек переступил порог, и створки двери закрылись за ним с легким щелчком.

Кабинет поражал воображение еще больше, чем приемная: затянутые серым шелком стены, портреты французских королей, трехцветный флаг на золоченом постаменте. Одну из стен занимали фотографии Джорджа Буша, Маргарет Тэтчер, испанского короля Хуана Карлоса, королевы Великобритании Елизаветы II и других видных фигур современности. Окна выходили на ухоженный внутренний сад.

— А, это вы, — хозяин кабинета привстал и снова уселся за массивный письменный стол красного дерева с полированной гранитной столешницей. — Входите, друг мой.

Они обменялись приличествующими случаю любезностями, эти два человека, которые — каждый по-своему — влияли на судьбы своих стран.

— Погода сегодня… унылая. Типичная парижская погода. В вашей стране более приветливый климат.

— Oui[1], над Коста-дель-Мар неизменно светит солнце. У нас всегда ясное небо.

Теперь хозяин кабинета счел возможным перейти к делу. Он прочистил горло, погладил холеную каштановую бородку и сказал:

— Если все, что вы мне сообщили относительно вашего брата и его троих детей, соответствует действительности, то у вас остается совсем мало времени. Но обстоятельства, так же как и чувства, могут измениться. Поэтому хотелось бы без промедления скрепить наши договоренности взаимными обязательствами. Я готов принять ваш план и поддержать союз с мсье Скуросом, но в свою очередь попрошу вас об ответной услуге.

— Разумеется, — кивнул посетитель.

— Мне необходима дополнительная сумма в пятьдесят миллионов франков — она позволит держать моих друзей-политиков в состоянии боевой готовности.

— Пятьдесят миллионов?..

Респектабельный господин в душе содрогнулся, сохраняя внешнее хладнокровие. С него уже взяли немалые деньги, которые не так-то просто было раздобыть, а теперь требуется еще пятьдесят миллионов? Уму непостижимо!

Однако вслух он лишь задумчиво произнес:

— Учитывая всевозможные проверки, это будет непросто… Мои расходы не должны вызывать ни малейших подозрений…

— Либо я получу всю необходимую сумму, либо вы распрощаетесь со своими планами. Надеюсь, это понятно? Кто дергает за хвост французского льва, тот не может рассчитывать на снисхождение.

— Oui, oui, — неохотно кивнул посетитель. — Mais certainement[2], я все сделаю.

ЧЕРЕЗ НЕДЕЛЮ…

На Рю-де-Риволи обрушился настоящий ураган. Косой дождь заливал цветочные вазоны, ветер гнал по асфальту обрывки газет и норовил вырвать из рук швейцара большой черный зонт, услужливо раскрывающийся над головами мужчин и женщин, подъезжавших к отелю «Мерис», где в свое время останавливались Сальвадор Дали, Мария Кал-лас, Уинстон Черчилль.

Старомодное парижское такси затормозило у парадного входа, и на тротуар выпрыгнула Тедди Уорнер. Она с трудом удерживала ворох пакетов с покупками.

— Парижский дождь, — восторженно улыбнулась она облаченному в униформу швейцару, который провожал ее к дверям.

Тедди стремительно пересекла вестибюль знаменитого отеля. Она была приятно возбуждена походом по модным парижским магазинам.

Во что бы то ни стало нужно с ним увидеться. Может быть, хотя бы на этот раз она не наделает ошибок. Может быть…

Принц Жак неотступно присутствовал в ее мыслях вот уже пять лет. Но через два дня представится удобный случай определить, суждено ли сбыться ее мечтам.

Высокий рост, пружинистая походка, тренированное тело в сочетании с женственностью фигуры выдавали в ней спортсменку. Выгоревшие на солнце светлые волосы были заплетены в тугую косу; на загорелом лице блестели голубые глаза; полные, чувственные, четко очерченные губы свидетельствовали о дружелюбии и твердости характера.

В ожидании лифта Тедди опустила пакеты на пол и достала газету. С первой полосы на нее смотрело ее собственное лицо: она стояла в обнимку с отцом, сияя от счастья. Ее изображение получилось весьма лестным, а отец, к сожалению, не вовремя моргнул. Заголовок гласил: «Тедди взяла верх! Златовласка, вдохновленная поддержкой отца, одержала победу над Штеффи Граф на открытом чемпионате Франции».

Тедди шагнула в лифт, чудом не растеряв многочисленные свертки. Двери с мягким шорохом сомкнулись у нее за спиной. Ее восторженность постепенно сменилась трезвыми рассуждениями. Приятно, конечно, что они с отцом получили приглашение на «Бело-голубой турнир» в Коста-дель-Мар, карликовое европейское княжество, но она, кажется, проявила излишнюю самонадеянность, когда приобрела вечерние туалеты для благотворительного бала. Нельзя забывать, что отец еще не дал согласия на ее участие.

Непременно надо туда поехать, думала она. Нужно поставить точку в отношениях с Жаком… любым способом.

Тедди влетела в номер-люкс и бросила на пол пакеты, сумочку и сложенную газету. Ее отец, Л. Хьюстон Уорнер, глава крупной компьютерной фирмы «Уорнер», сидел за столом, изучая проект контракта с компанией «ПроСерв», который доставил агент Тедди, Расс Остранд.

вернуться

1

Да (франц.).

вернуться

2

Да, да. Вполне возможно (франц.).