Выбрать главу

Объединившись с братским русским народом украинский народ стал значительно сильнее. Вместе стало значительно легче отражать нападения иноземных захватчиков. Воссоединение имело и большое международное значение — в пользу восточнославянских народов существенно изменилось соотношение сил на континенте, усилились их позиции на востоке, юге и юго-западе Европы.

Во времена царской России, а позже и Советского Союза, Россия, Украина и Белоруссия в разных конфигурациях границ, но были вместе. Их народы понимали, что, составляя единое целое, одну семью, они находятся в безопасности от внешних агрессоров.

Вероятно, эта вековая данность сыграла важнейшую роль в развале в 1991 году единого государства, который был инициирован извне и «пятой колонной», а не сборищем трёх нетрезвых «вождей» в Беловежской пуще.

История совершает очередной круг. Современность с поразительной точностью повторяет времена татаро-монгольского ига. Тогда оно привело к разъединению единой древнерусской народности. То же самое случилось на наших глазах. Братские народы насильственно разъединены.

Сбылась идущая из глубины веков мечта завоевателей — некогда единая страна разделена на «независимые» государства. Между ними искусственно разжигается рознь из-за энергоносителей, денег, форм собственности и т. п.

Сегодня пример стойкости подаёт Белоруссия. Как и в былые времена, она — западный форпост России.

Будущее исходит из прошлого.

Верность Белоруссии своему историческому предназначению вселяет надежду, что разум русского и украинского народов восторжествует, и они объединятся все вместе, как их древнерусские предки.

Люди, приезжающие сегодня с Украины в Москву на Киевский вокзал, давно забыли, а многие и не знают, что на краю площади (носящей почему-то имя Европы, а не Украины) в скромном скверике притулился камень из красно-бурого гранита.

На нём когда-то золотом блистали слова: «Здесь будет сооружён монумент в память 300-летия воссоединения Украины с Россией. 1654–1954».

Закладка камня состоялась 29 мая 1954 года. В торжественной обстановке его открывали С.М. Будённый и Е.А. Фурцева.

В тот тёплый и солнечный день Маршал Советского Союза Будённый был при всех орденах в парадном мундире бирюзового цвета. Почему-то запомнилась такая деталь: Екатерина Алексеевна Фурцева, по удивительному совпадению, была в такого же цвета строгом костюме, с нарядным белым воротничком.

Более полувека минуло с той поры. Золотые буквы на закладном камне смыты временем, и надпись читается с трудом.

Какие только бури не пронеслись над миром, и какие ещё грядут, но не покидает вера, что назидание предков будет выполнено.

На площади Украины вместо груды хромированных обрубков искорёженной арматуры (таким представляется сооружение, посвящённое Европе) обязательно будет воздвигнут памятник, достойный Дружбы украинского и русского народов.

Памятник Европе. А она даже не обижается!
На втором плане — здание Киевского вокзала, построенное по проекту архитектора Ивана Ивановича Рерберга

Местонахождение регионов СССР, поражённых голодом в 1932–1933 гг., в значительной части совпадает с зоной многолетней мерзлоты, находящейся в Евразии и которая захватывает большую часть территории страны. Этим обстоятельством, связанным также с особенностями климата и с температурным режимом, обусловлено частое чередование периодов различной степени урожайности голодавших в ту пору областей.

Цикличность неблагоприятных природных условий на Украине и в других районах бывшего СССР по оценкам учёных составляла 11–13 лет и продолжалась на протяжении веков.

«История России представляет длинный ряд голодных годов. С начала XI до конца XVI веков на каждое столетие приходилось по 8 неурожаев, которые повторялись через каждые 13 лет, вызывая иногда жестокий голод… В злосчастном 1891 г., когда весь восток Европейской части объят был неурожаем, урожай хлебов в губерниях малороссийских, новороссийских и юго-западных, прибалтийских и на севере Кавказа был таков, что в общем в России уродилось на каждую душу несравненно больше тех 14 пудов, которые признаны были тогда достаточными для продовольствия души в течение года. (600 граммов в день. И.Ч.). Но покупательная сила нашей массы, по отсутствию сбережений, столь ничтожна, что всякий неурожай вызывает необходимость правительственной помощи и частной благотворительности, как для продовольствия, так и для обсеменения, предотвращения падежа рабочего скота и т. п.»[3] (Стиль и орфография оригинала).

Что касается 1932 года, не говоря о сложной международной обстановке, он был очень тяжёлым для нашей страны не только в продовольственном отношении. К низкому урожаю прибавились активизация внутренней оппозиции курсу на индустриализацию страны.

В 1931 г. для выполнения обязательств перед иностранными партнёрами за границу было поставлено 5,2 млн. тонн зерна.[4]

С учётом необходимости обеспечения собственной страны продовольствием, экспорт зерна СССР постоянно сокращался.

Это подтверждается материалами весьма представительной Конференции стран-экспортёров пшеницы, состоявшейся с 21 по 25 августа 1933 г. в Лондоне.[5] Там было достигнуто мировое соглашение по ограничению производства пшеницы.

Экспортёры строго контролировали соблюдение взаимных договорённостей, и поэтому приводимые цифры сомнений не вызывают.

При норме экспорта, установленной для СССР в 50 миллионов бушелей, в 1932 г. было вывезено лишь 17 млн. (1 бушель = 28,6 кг).

По сравнению с предыдущим годом экспорт хлеба из Советского Союза уменьшился и по данным лондонской конференции составил 486 200 тонн.

Например, если в 1931 г. через Турцию в Египет, Палестину и на острова Родос и Кипр СССР поставил всего 714 тонн муки, то в 1932 году и позднее на протяжении трёх лет такие поставки не осуществлялись совершенно.[6]

Из-за неурожая и, как выяснилось, из-за других причин, руководством страны были приняты меры по поставке зерна и риса из Персии (Ирана), а также закупки зерна в других странах.

Под заголовком «Закупка хлеба для СССР» итальянская пресса поместила телеграмму из Нью-Йорка, согласно которой «советское правительство заключило в Австралии и в Канаде новые крупные сделки на закупку пшеницы и ржи для снабжения армии и населения». (Бюллетень итальянской прессы от 19 мая 1932 г.).[7]

Если импорт хлеба в зерне в 1931 году составил 172 тонны, то только в 1932 году в СССР помимо других продовольственных товаров было ввезено 138,3 тысяч тонн хлеба и 66,9 тысяч тонн риса.[8]

Для обеспечения продовольствием населения кроме хлеба и риса в страну ввозили другие товары.

Так, если в 1931 г. в упомянутой выше Турции было закуплено 22,6 тысяч голов крупного и 48,7 тысяч голов мелкого скота, то в 1932 г. эти цифры увеличились соответственно до 53,3 (в 2,4 раза) и до 186,2 тысяч голов (в 3,8 раза).[9]

Всего в 1932 г. СССР закупил за границей 147,2 тыс. голов крупного рогатого скота и 1,1 млн. голов мелкого, а также 9,3 тысяч тонн мяса и мясопродуктов (увеличение по сравнению с 1931 годом в 4,8 раза).10

Положение не только на Украине, но и в целом по стране было весьма непростым. Но, несмотря на это, к 1933 году государство поставило сельскому хозяйству через машинно-тракторные станции (МТС) на льготных условиях около 100.000 тракторов, 50 тыс. молотилок, 25 тыс. двигателей и локомобилей, 10 тыс. комбайнов, 8.000 грузовых автомобилей и значительный парк сложных машин, общей стоимостью около 2 миллиардов рублей.[10]

вернуться

3

Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона. С.-Петербург, 1893, том IX, с. 103, 104.

вернуться

4

Социалистическое строительство СССР. Статистический ежегодник. М„1936, с. 687.

вернуться

5

РГАЭ. Ф. 413, опись 13, ед. хр. 516, л. 26.

вернуться

6

РГАЭ. Ф. 413, опись 13, ед. хр. 164, л. 37.

вернуться

7

РГАЭ. Ф. 413, опись 13, ед. хр. 287, л. 103 об.

вернуться

8

Социалистическое строительство СССР. Статистический ежегодник. М., 1935, с. 584.

вернуться

9

РГАЭ. Ф. 413, опись 13, ед. хр. 356, л. 3.

вернуться

10

РГАСПИ. Ф. 17, опись 163, д. 984, л. 158.