Выбрать главу

В таких условиях контроль над границей не мог быть прочным. В 1867 г. с острова Аскольд пришлось выпроваживать вооруженных китайцев, которые не хотели признавать остров, лежащий в 50 милях от Владивостока русским владением. Слухи об этом привели к тому, что с конца 1867 г. китайское население Уссурийского края, не скрываясь, начало готовиться к резне. Обстановка постоянно накалялась, китайцы уже открыто отказывались подчиняться русским властям и законам и требовали передачи земель Китаю. В декабре 1867 г. было совершено нападение на пост «Находка», которое с трудом удалось отразить. Весной 1868 г. столкновения на острове Аскольд переросли в «горячую» фазу — высадившийся русский отряд был обстрелян китайцами. Началась маленькая война. Хунхузы — разбойники — начали вырезать пограничные деревни, обстановка чрезвычайно накалилась, столкновение сразу же приобрело характер противостояния русских с китайцами в Южно-Уссурийском крае{468}. Только решительные действия — разоружение китайцев, разгром и вытеснение хунхузских отрядов, аресты руководителей общин — произвели должнео впечатление и восстановили порядок{469}.

Тем не менее, положение в новых землях менялось медленно. В начале 70-х годов во всем Приморском крае проживало всего 21,5 тыс. чел., из которых 11 тыс. русских, 3,5 тыс. корейцев (в основнмо в районе Посьета), 3 тыс. китайцев, местные народы — гиляки, орочи и т. п. составили остальные 4 тыс. чел. По Амуру и Уссури — около 44 тыс. чел., не считая 2 тыс. солдат. Это было в 2 раза больше всех прочих (из них манчжуров и китайцев — 10 тыс.). Только Забайкалье было неплохо освоено — здесь проживало 260 тыс. чел. из 510-тысячного населения края (из них монголов — 210 тыс., бурят 120 тыс.). Постепенно процесс колонизации набирал обороты. Например, в Южно-Уссурийский край с 1883 по 1886 гг. было переселено 4710 человек, что обошлось государству приблизительно в 1 млн. рублей. С 1887 года к организации переселения привлекались суда Добровольного флота, следовавшие маршрутом Одесса-Владивосток. К 1891 году в распоряжении этого общества (которое с 1892 года перешло в управление Морского министра) находилось 10 судов общим водоизмещением 25 279 регистровых тонн. Переселенцы самостоятельно оплачивали переезд, но по прибытию им выдавалась ссуда на 30 лет в размере 600 рублей. К 1892 году таким образом было перевезено еще 6036 человек.

К 1892 году в Амурской и Приморской областях России проживало (за исключением военных) всего 182607 человек, из них 39722 горожан, 50916 крестьян, 26261 казаков, 14623 «инородца»(представители местных малых народов), 33000 китайцев, постоянно проживавших по праву, предоставленному им Айгунским договором 1858 года, 14684 корейца, 447 японцев, 117 «прочих иностранцев» и 2832 ссыльных. По сравнению с Манчжурией, где проживало около 13 млн. человек, это были весьма слабо заселенные земли. К этому можно добавить население Сахалина, которое к 1892 году составило 20086 человек. Еще в 60-е гг. XIX на юге острова в основном проживали айны (около 3 тыс. чел.), а на севере гиляки. Иногда остров посещали японские торговцы и рыбаки. В начале 70-х гг. XIX в. здесь проживало только 13 тыс. чел., из которых русских — 3 тыс., японцев — 3,5 тыс., 100 китайцев, остальное — местное население. Заметную часть русского населения составляли войска — батальон пехоты при 2 горных орудиях.

Постепенно ситуация менялась. На острове, который с 1869 года стал местом ссылки, 27,4 % населения было представлено ссыльными. Их труд в основном использовался при добыче каменного угля, который шел на нужды судов Тихоокеанской флотилии. Освоению острова мешало и то, что русские владения здесь не обеспечивали себя продовольствием. Военное министерство старалось поддерживать сельское хозяйство края высокими закупочными ценами на зерновые. В результате в 1884 году в Южно-Уссурийском крае было закуплено 50 тыс. пудов хлеба, то в 1891 году — уже 900 тыс. пудов. Несмотря на столь существенный рост, в 1892 году Дальнему Востоку по прежнему не хватало для удовлетворения нужд населения 877000 пудов хлеба. Этот недостаток компенсировался на 250 тыс. пудов за счет ввоза через Владивосток и Николаевск, а остальные 627 тыс. пудов поставлялись китайцами из Манчжурии{470}.

В 1894 г., например, оттуда было ввезено в Уссурийский край товаров на 837 056 руб., из них перегон скота составил 496 235 руб., или 60 %. Кроме того, китайцы поставили: масла — на 48 201 руб.; муки — на 47 790 руб.; пшеницы, ярицы, ячменя, чумизы, риса, проса и овса — на 44 136 руб.; бобов — на 40 828 руб.; табака — на 33 207 руб.{471}. Практически вся торговля находилась в руках китайских купцов, русский вывоз значительно уступал китайскому ввозу — в 1894 г. из Уссурийского края было вывезено товаров на 361 948 руб., из них тканей иностранного и русского производства на 140 230 руб.(40 %). Следующей статьей были товары китайского производства — 123 557 руб.(34 %){472}. Китайцы массами приходили на заработки — они работали повсюду, на строительстве укреплений, железной дороги, мостов, посевной и сборе урожая{473}. Впрочем, из Китая через границу приходили не только рабочие, крестьяне, ремесленники и купцы, но и хунхузы. Для Южно-Уссурийского края они оставались проблемой вплоть до 90-х гг. XIX века{474}.

вернуться

468

В Южно-Уссурийском крае и на Дальнем Востоке. Воспоминания доктора В. С. Плаксина. 1868 г.// РС. 1891. Том 71. Вып.9. С. 595–606.; Тихменев Н. М. «Манзовская война»…// ВС. 1908. № 3. С. 19–24.; То же.// ВС. 1908. № 5. С. 46–47.; То же.// ВС. 1908. № 6. С. 54–55.;

вернуться

469

Тихменев Н. М. «Манзовская война»…// ВС. 1908. № 7. С.42.

вернуться

470

Венюков [М.И.] Материалы для военного обозрения русских границ в Азии. Первый участок: Остров Сахалин.// ВС. 1872. № 3. С. 25–26.; Венюков [М.И.] Материалы для военного обозрения русских границ в Азии. Второй участок: Приморский край.// ВС. 1872. № 4. С.239.; Венюков [М.И.] Материалы для военного обозрения русских границ в Азии. Третий участок: Амур и Уссури.// ВС. 1872. № 6. С. 283–285.; Венюков [М.И.] Материалы для военного обозрения русских границ в Азии. Четвертый участок: Маньчжурия.// ВС. 1872. № 7. С.22.; Венюков [М.И.] Материалы для военного обозрения русских границ в Азии. Пятый участок: Забайкалье и Халка.// ВС. 1872. № 8. С.221.; Вебель. Ф. Заметка о Приамурском крае.// ВС. 1894. № 3. С.161–164; 178; 180.; Болховтинов Л. Желтый вопрос на русском Дальнем Востоке.// ВС. 1910. № 3. С.182–183.; Бутковский Я. Сахалин и его значение.// МС. 1874. № 4. С.132.; Дмитриев Н., Колпычев В. Иностранные судостроительные заводы, в связи с вопросом о переустройстве заводов Морского ведомства в С.-Петербурге. // МС. 1909. С.137.; Ищенко М. М. Формирование русского населения Сахалина(конец XIX — начало XX вв.).// Краеведческий бюллетень(Южно-Сахалинск). 1993. № 1. С.48; 51; 77.

вернуться

471

Грулев М. Сунгарийская речная экспедиция 1895 г.// ВС.1897. № 5. С.148.

вернуться

472

Грулев М. Сунгарийская речная экспедиция 1895 г.// ВС.1897. № 5. С.149–150.

вернуться

473

Надин И. Пятидесятилетие Амурского края.// ВЕ. 1905. № 6. С.519.

вернуться

474

Надаров Ив. Хунхузы в Южно-Уссурийском крае.// ВС. 1896. № 9. С.183–184.