Выбрать главу

Значительно больше внимания, чем прежде, стало уделяться истории мелкобуржуазных партий в обобщающих трудах по истории СССР и КПСС, Октябрьской революции и гражданской войны, советского крестьянства и государственного строительства29. Видное место заняла история эсеров в работах по истории классов, классовой борьбы и политических партий в России30, особенно в период между Февральской и Октябрьской революциями и в годы гражданской войны31. Вышло в свет несколько работ по истории мелкобуржуазных партий, в том числе и социалистов-революционеров32. Наконец, были опубликованы исследования, специально посвященные тем или иным аспектам истории этой партии33, в том числе и автора настоящей книги34.

Большинство работ, вышедших за последние полтора десятилетия, посвящено левым социалистам-революционерам. Объясняется это тем обстоятельством, что блок большевиков с левыми эсерами был первым опытом правительственного соглашения с мелкобуржуазной партией в условиях диктатуры пролетариата. В этих работах в основном освещаются периоды подготовки и проведения Октябрьской революции, гражданской войны, а в некоторых захватываются первые годы нэпа. Их авторы останавливаются на социальной характеристике партии эсеров, ее составе и численности, политике и тактике и их изменениях на разных исторических этапах. Они стремятся раскрыть ход и причины эволюции партии от соглашательства к контрреволюции, причем показать эти изменения двусторонне: с одной стороны, следствием каких процессов они являлись, с другой — как влияли на ход событий.

В ряде трудов освещаются контрреволюционная деятельность эсеров, их связь с белогвардейцами и интервентами, вскрываются попытки сыграть роль «третьей силы» в гражданской войне, характеризуется организация кулацкого бандитизма в начале нэпа. Многие авторы показывают процесс разложения и распада партии, отхода от нее масс, развитие внутрипартийных конфликтов.

Опубликованные исследования, касающиеся истории политического банкротства и гибели партии социалистов-революционеров, опровергают утверждения идеологов антикоммунизма о том, что невозможно сотрудничество других партий с коммунистами, что коммунисты никогда и ни с кем не согласны идти ни на какие компромиссы, что большевики искусственно, с заранее обдуманным намерением создали в стране однопартийную систему. В этих исследованиях подчеркивается сочетание в большевистской тактике твердости в принципиальных вопросах с гибкостью по отношению к мелкобуржуазным массам и их требованиям. Конечно, не все эти вопросы освещаются с одинаковой полнотой и глубиной, но общая тенденция заключается в повышении теоретического и научного уровня исследований и расширении круга рассматриваемых вопросов, в более полном использовании ленинского наследия и разнообразных источников.

В целом вышедшие работы знаменуют собой шаг вперед в изучении истории политического банкротства и гибели партии социалистов-революционеров и тактики большевиков по отношению к ней, хотя не все они равнозначны по своему теоретическому уровню, количеству и качеству использованного фактического материала, глубине постановки вопросов.

В некоторых статьях в результате недостаточного соблюдения ленинского принципа историзма дано упрощенное, а порой и ошибочное толкование тактики большевиков по отношению к левым эсерам. Встречаются, например, утверждения, что никакой разницы между правыми и левыми эсерами не было и цель блока состояла в том, чтобы «обезвредить» левых эсеров, «поскольку они выступали как скрытый, замаскированный враг пролетарской революции». Для достижения этой цели «большевики даже пошли на сотрудничество с левыми эсерами»35.

Такая оценка расходится с ленинским определением блока и характеристикой политической позиции левых эсеров накануне Октября, приводит к неправомерному, противоречащему исторической действительности выводу, что большевики заключили соглашение с заведомыми врагами Советской власти. В интересной и содержательной монографии об установлении в СССР однопартийной системы кратковременность и непрочность блока объясняется тем, что заключенное соглашение «таило в себе немало внутренних противоречий, недоговоренностей и не имело в своей основе тех обязательных принципов, от соблюдения которых зависит устойчивость блока партий внутри социалистической демократии»36.

Правомерность такого вывода сомнительна. Вероятно, можно говорить о несовершенстве соглашения, но вряд ли есть достаточно оснований для утверждения, что оно не опиралось ни на какую общую платформу и в нем отсутствовали твердые принципы. Против этого можно выдвинуть по крайней мере два возражения. Во-первых, В. И. Ленин, оценивая соглашение, писал, что блок «покоился на самых ясных и очевидных началах», на «прочной базе»37. Во-вторых, в тексте соглашения имелся пункт, гласивший, что левые эсеры обязуются проводить общую советскую политику.

Существуют разные точки зрения на социальную базу партии левых эсеров. Одни авторы считают, что до весны 1918 г. они были крестьянской партией, а затем превратились в кулацкую. Другие полагают, что, поскольку социальная база политической партии меняться не может, левые эсеры с момента образования и до конца были партией кулачества. Третьи, также исходя из неизменности социальной базы партии, объявляют левых эсеров партией среднего крестьянства38.

Возражение вызывает прежде всего утверждение о том, что левые эсеры всегда были кулацкой партией, ибо из него логически вытекает вывод, будто во имя укрепления союза рабочего класса и крестьянства, который, как указывал В. И. Ленин, был основой соглашения с левыми эсерами, большевики пошли на блок с кулаком. Что касается определения эсеровской партии как партии среднего крестьянства, то правомерно ли считать ее таковой, если при углублении социалистической революции в деревне летом 1918 г. она встала на защиту кулака?

Представляется недостаточно обоснованным высказанное В. В. Коминым в его большой и интересной книге мнение, что сотрудничество эсеров с буржуазией началось лишь в мае 1917 г., с вхождения «министров-социалистов» в коалиционное правительство, поскольку оборончество, призывы к гражданскому миру во имя победы в империалистической войне уже были социал-соглашательством. Нельзя согласиться и с утверждением автора, будто бы основа «для будущего единства действий меньшевиков… с народническими партиями и группами»39 создавалась в первые дни Февральской революции. Основы эти были заложены раньше, так как блок основывался на мелкобуржуазной природе обеих партий, а непосредственным проявлением единства их действий являлось оборончество.

Сомнительно и суждение, будто бы к началу декабря 1917 г. почти все рядовые члены партии эсеров перешли к большевикам и от нее осталась небольшая кучка политических банкротов. Лишь некоторая часть по пути влево задержалась в партии левых социалистов-революционеров, но через несколько недель крестьянские массы оставили и их, полностью перейдя на сторону большевиков. На этом основании делается вывод, что антисоветские выступления меньшевиков и эсеров после роспуска Учредительного собрания были действиями обреченной группы заговорщиков и не являлись «отражением деятельности организованных сил этих партий»40, которые «были лишены своей социальной опоры и не могли уже угрожать существованию диктатуры пролетариата»41. Это заключение противоречит историческим фактам и опровергается дальнейшим развитием событий.

вернуться

29

См. «История СССР», т. VII—VIII. М., 1966—1967; «История Коммунистической партии Советского Союза», т. 3, кн. 1, 2. М., 1967—1968; И. И. Минц. История Великого Октября, т. 1—3. М., 1967—1972; С. П. Трапезников. Ленинизм и аграрно-крестьянский вопрос, ч. I, II. М., 1974; Ю. А. Поляков. Переход к нэпу и советское крестьянство. М., 1967, и др.

вернуться

30

См. «В. И. Ленин и история классов и политических партий в России». М., 1970; И. Я. Трифонов. Классы и классовая борьба в СССР в начале нэпа, ч. I. Л., 1964, ч. II. Л., 1969.

вернуться

31

См. Л. М. Спирин. Классы и партии в гражданской войне в России. М., 1968; X. М. Астрахан. Большевики и их политические противники в 1917 году. Л., 1973.

вернуться

32

См. В. В. Комин. Банкротство буржуазных и мелкобуржуазных партий России в период подготовки и победы Великой Октябрьской социалистической революции. М., 1965; П. И. Соболева. Октябрьская революция и крах социал-соглашателей. М., 1968; А. М. Малашко. К вопросу об оформлении однопартийной системы в СССР. Минск, 1969, и др.

вернуться

33

См. П. И. Соболева. Борьба большевиков с эсерами в период первой русской революции. М., 1956; П. П. Никишов. Из истории краха левых эсеров в Туркестане. Фрунзе, 1965; В. В. Гармиза. Крушение эсеровских правительств. М., 1970; Л. М. Спирин. Крах одной авантюры. М., 1971; Б. В. Леванов. Из истории борьбы большевистской партии против эсеров в годы первой русской революции. Л., 1974, и др.

вернуться

34

См. К. Гусев. Крах партии левых эсеров. М., 1963; К. В. Гусев, X. А. Ерицян. От соглашательства к контрреволюции. М., 1968, и др.

вернуться

35

П. Н. Хмылов. К вопросу о борьбе большевиков против соглашательства левых эсеров в дни Октября. — «Ученые записки Московского государственного библиотечного института», вып. 3. М., 1957, стр. 25.

вернуться

36

А. М. Малашко. К вопросу об оформлении однопартийной системы в СССР, стр. 152.

вернуться

37

В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 35, стр. 263, 264.

вернуться

38

См. К. И. Седов. Обсуждение книги К. В. Гусева «Крах партии левых эсеров». — «Вопросы истории», 1964, № 10; В. М. Селунская. Рабочий класс и Октябрь в деревне. М., 1966; Л. М. Спирин. Классы и партии в гражданской войне в России; П. И. Соболева. Октябрьская революция и крах социал-соглашателей; А. Л. Литвин. Крестьянство Среднего Поволжья в годы гражданской войны. Казань, 1972, и др.

вернуться

39

В. В. Комин. Банкротство буржуазных и мелкобуржуазных партий России в период подготовки и победы Великой Октябрьской социалистической революции, стр. 107—108.

вернуться

40

Там же, стр. 15.

вернуться

41

Там же, стр. 633.