Выбрать главу
* * *

Ее там не было. Нигде.

Кинен заставил себя обойти все комнаты, зная, что это бесполезно, что сигнализация была включена и Франсина либо отключила бы ее, входя, либо она сработала бы. Когда искать было уже негде, он вернулся на кухню, где Питер варил кофе.

— Плохо дело. Пит, — сказал он.

— Знаю, малыш.

— Ты варишь кофе? Мне вроде не хочется. Ничего, если я выпью рюмку?

— Если ты — ничего. Вот если бы я выпил рюмку — другое дело.

— Я просто подумал... Не важно. На самом деле я вовсе и не хочу.

— Вот тут-то и разница между нами, малыш.

— Да, наверное. — Он резко повернулся к Питеру. — Что за дерганье они нам устраивают, Пит? Говорят, она в машине, а ее там нет. Говорят, она будет здесь, а ее нет. Что за хреновина?

— Может, они застряли в пробке.

— Ну и что дальше? Сидим здесь, как идиоты, и ждем. Я даже не знаю, чего ждем. Деньги у них, а что у нас? Хрен у нас, вот что. Я не знаю, кто они и где они, я ничего не знаю, и... Что нам делать, Пит?

— Не знаю.

— Я думаю, ее уже нет в живых.

Питер ничего не сказал.

— Потому что... Зачем теперь этим сволочам оставлять ее в живых? Она ведь может их опознать. Спокойнее ее убить, чем отпускать. Убить, закопать, и все тут. И делу конец. Вот что я бы сделал, если бы был на их месте.

— Нет, не сделал бы.

— Я сказал — если бы был на их месте. Но я не на их месте. Прежде всего, я не стал бы похищать женщину — ни в чем не повинную, добрую женщину, которая никогда никому не причиняла зла, у которой и в мыслях этого не было...

— Успокойся, малыш.

Они то сидели молча, то снова перебрасывались несколькими словами — а что им еще оставалось делать? Так прошло примерно полчаса, а потом зазвонил телефон, и Кинен бросился к нему.

— Мистер Кхари?

— Где она?

— Прошу прощения. Наши планы немного изменились.

— Где она?!

— Совсем недалеко от вас, за углом, на, ага, на Семьдесят Девятой. По-моему, это южная сторона, через три или четыре дома от угла...

— Что?

— Тут в неположенном месте, у пожарного гидранта, стоит машина. Серый «форд-темпо». Ваша жена в нем.

— В машине?

— В багажнике.

— Вы засунули ее в багажник?

— Воздуха там хватает. Но сегодня прохладно, так что вам лучше забрать ее оттуда поскорее.

— А ключ есть? Как я смогу...

— Замок сломан. Ключ вам не понадобится.

Когда они бегом заворачивали за угол, он сказал Питеру:

— Что значит — замок сломан? Если багажник не заперт, почему она не может взять и вылезти? Что такое он говорил?

— Не знаю, малыш.

— Наверно, она связана. Пластырь, наручники — в общем, не может двигаться.

— Возможно.

— Господи, Пит...

Машина стояла там, где и было сказано, — далеко не новый, видавший виды «форд» с треснувшим лобовым стеклом и глубокой вмятиной на правой дверце. Замок багажника был вообще выломан. Кинен рывком поднял крышку.

Там никого не было — только лежали какие-то свертки. Свертки разного размера, упакованные в черный пластик и перетянутые липкой лентой.

— Не может быть, — произнес Кинен.

Он стоял неподвижно и все повторял:

— Не может быть. Не может быть...

Потом Питер взял из багажника один сверток, достал из кармана складной нож и разрезал ленту. Он развернул черный пластик — очень похожий на тот, из которого были сделаны мешки, куда они сложили деньги, — и в руках у него оказалась человеческая ступня, отрезанная в нескольких сантиметрах выше щиколотки. Ногти трех пальцев были покрыты красным лаком. Остальных двух пальцев не хватало.

Кинен закинул голову назад и завыл по-собачьи.

2

Это было в четверг. А в понедельник, когда я вернулся с обеда, дежурный отеля передал мне записку. «Позвоните Питеру Кари», — говорилось в ней, и был номер телефона, который начинался с 718, — это либо Бруклин, либо Куинс[4]. По-моему, я не был знаком ни с каким Питером Кари из Бруклина или Куинса, да и ниоткуда еще, но мне не в первый раз звонят люди, с которыми я не знаком. Я поднялся к себе и позвонил по телефону, указанному в записке. Когда мужской голос ответил, я спросил:

— Мистер Кари?

— Да?

— Меня зовут Мэттью Скаддер, мне передали, что вы просили позвонить.

— Вас просили мне позвонить?

— Да. Здесь сказано, что вы звонили мне в четверть первого.

— Повторите, пожалуйста, ваше имя.

Я повторил, и он сказал:

— А, погодите минутку, ведь вы детектив, да? Это мой брат звонил вам, мой брат Питер.

— Тут так и сказано — Питер Кари.

— Подождите, не кладите трубку.

Я подождал, и через секунду какой-то другой голос, похожий на первый, но немного ниже и мягче, произнес:

— Мэтт, это Пит.

— А, Пит? — сказал я. — Мы с вами знакомы, Пит?

— Ну да, знакомы, только вы можете не знать, как меня зовут. Я регулярно бываю у святого Павла и выступал там на собрании, кажется, месяца полтора назад.

— Питер Кари, — повторил я.

— На самом деле моя фамилия Кхари, — сказал он. — Я родом из Ливана. Как же мне вам объяснить, кто я? Ну, я бросил пить года полтора назад, снимаю комнату на Пятьдесят Пятой. Работал посыльным и по доставке товаров, но на самом деле моя специальность — монтажер в кино, только я не знаю, смогу ли к ней вернуться...

— У вас там было что-то по части наркотиков.

— Точно, только окончательно меня добил алкоголь. Теперь вспомнили?

— Да. Я был там в тот вечер, когда вы выступали. Только не знал вашей фамилии.

— Ну вот, теперь вы все знаете.

— Что я могу для вас сделать, Пит?

— Я хотел бы, чтобы вы приехали сюда и поговорили со мной и с моим братом. Вы детектив, а это, мне кажется, как раз то, что нам нужно.

— А вы не могли бы хоть приблизительно сказать, о чем речь?

— Понимаете ли...

— Не по телефону?

— Думаю, что по телефону не стоит, Мэтт. Надо кое-что выяснить, это очень важно, мы заплатим вам, сколько скажете.

— Видите ли, — сказал я, — я не уверен, что сейчас могу взяться за какую-то работу. Дело в том, что у меня намечается одна поездка. В конце недели я улетаю за океан.

— Куда?

— В Ирландию.

— Вот здорово, — отозвался он — Но послушай те, Мэтт, может, вы хотя бы приедете сюда, чтобы мы вам все рассказали? Вы нас выслушаете и если решите, что ничего не можете сделать, мы не будем в обиде и заплатим вам за потраченное время и за такси сюда и обратно. — Я слышал, как брат сказал ему что-то, чего я не разобрал, и Пит ответил — Сейчас скажу ему. Мэтт, Кинен говорит, что мы мог ли бы заехать за вами, но нам все равно придется вернуться сюда, так что, я думаю, будет быстрее если вы просто возьмете такси.

Мне показалось, что для человека, который работает посыльным и по доставке товаров, он что-то много говорит о такси, но тут мне вспомнилось, что я слышал про его брата.

— У вас один брат или несколько, Пит?

— Только один.

— Мне кажется, вы что-то о нем говорили, когда рассказывали о себе. Что-то о его делах.

Наступила пауза. Потом я услышал:

— Мэтт, я прошу вас хотя бы приехать сюда и выслушать нас.

— Где вы находитесь?

— Вы знаете Бруклин?

— Я же еще не покойник.

— Что-что?

— Ничего. Просто мысли вслух. Есть такой известный рассказ. «Только покойники знают Бруклин». Кое-какие места там я знаю довольно прилично. В какой вы части Бруклина?

— Бэй-Ридж. Колониал-роуд.

— Ну, это не так сложно.

Он сказал мне адрес, и я его записал.

Линия метро "R", которую называют еще Бродвейской местной, начинается в Джамейке[5], на Сто Семьдесят Девятой, идет через весь город и кончается в нескольких кварталах от моста Веррацано в юго-западном углу Бруклина Я сел в поезд на перекрестке Пятьдесят Седьмой и Седьмой авеню и сошел за две остановки до конечной.

Кое-кто считает, что стоит выехать из Манхэттена, и вы уже за городом. Они неправы — это просто другая часть города, но разница, безусловно, очень чувствуется. Чтобы ее заметить, не нужно даже открывать глаза. Здесь другой энергетический уровень и воздух не гудит от постоянного лихорадочного напряжения.

вернуться

4

В Нью-Йорке перед семизначным номером телефона нужно набирать еще трехзначный код одного из двух районов, на которые разделен город, — 718 или 212.

вернуться

5

Джамейка — окраинный район на востоке Бруклина