«Человек» или «смерть»?[382] Ты на буквы взгляни,—
И поймешь: эти двое друг другу сродни.
Мрачен дух человека и в злобе упорен,
Как зрачок человека, он сделался черен.
Но молчи и значенье молчанья пойми:
Говорить о сокрытом нельзя, Низами.
Искендер заключает договор с вельможами Ирана,
беседует с Ферибурзом и узнает о правлении Дария
Искендер после разгрома иранского войска и гибели Дария захватывает несметные сокровища. Он призывает иранских вельмож и, не требуя от них службы, щедро одаривает их. Призвав убивших Дария, он отдает им обещанное денежное вознаграждение, но затем велит их с позором публично казнить как цареубийц… Искендер устраивает пир, призывает Ферибурза и спрашивает его, почему он не смог отговорить Дария от этой безумной войны. Ферибурз отвечает, что Дарий, в своей гордыне, не захотел слушать разумного совета. Затем Ферибурз обращается к Искендеру с мудрыми речами, призывает его к справедливости. Искендер отпускает его, щедро наградив. Иранские вельможи восхваляют Искендера и поносят тирана Дария, доведшего страну до упадка.
Искендер разрушает капища огня
Чародейство прекрасной Азар-Хумаюн
Ты услады и ласки, о кравчий, смеси
В своей чаше и страстным ее поднеси!
Не промедли, просить не заставь себя дважды,
Ведь влюбленные ждут и сгорают от жажды.
* * *
Принеси свою руту. В дремоте весь мир.
Руту сыпь на огонь! Да спасется эмир!
По запретным путям дам идти я рассказу,
И без руты боюсь я подвергнуться сглазу.
Если будет вздыматься спасительный дым,
Неподвластен я буду наветам пустым.
Много темных бродяг в этой тайной ложбине.
О беспечный! Ты также страшись их отныне.
Не оставить ли дни? Так дела их страшны,
Что от них заклинанья творить мы должны!
Отойду — и с земною покончу игрою,
Полный крови котел плотной крышкой закрою.
* * *
Изучающий древность в размерных строках
Начертал о случившемся в дальних веках:
Веру в пламя отвергли; оно угасало.
И огню поклонявшихся больше не стало.
Искендер повелел, чтоб с урочного дня
Все иранцы забыли кумирни огня,
Чтобы всюду восставили старую веру,—
Ту, что светом была самому Искендеру,
Чтоб имущество магов сожгли, чтобы в прах
Обратили кумирни во всех городах.[383]
В каждом капище, так было всюду в Иране,
Надлежащих наставников зоркой охране
Доверяли сокровища. Доступа к ним
Никогда еще не было смертным другим.
И бездетный богач, ждя загробной награды,
Оставлял этим капищам все свои клады,—
Бесполезными были они для страны,
Хотя сотням сокровищниц были равны.
Искендер, эти храмы разрушив, свободу
Отдал кладам; он пролил их будто бы воду.
Ведь когда он кумирни разрушил и срыл,
В них сокровищниц полных не мало он вскрыл.
Всех мужей, почитающих пламя, все время
Окружало прельстительниц нежное племя.
В день весенний Джемшида и в праздник Саде[384]
Неуемный огонь прославляли везде,
И разубранных девственниц гнали из дома,
Чтобы страсти услада им стала знакома.
И вдоль улиц, ладони в румянах воздев,
Пробегала толпа опьяняющих дев.
Чаши с хмелем вздымая, они, по уставу,
Восклицали неистово магам во славу.
Восклицанья из Зенда, и клики, и дым,
Заслоняющий звезды навесом густым!
Обольщающих дев были ласковы взгляды,
И приманчива речь, и красивы наряды;
Лишь лукавство одно было ведомо им.
Чем смогли бы они заниматься иным?
Эта — кудри взовьет, та — замрет в томном стоне,
Эта — в пляску пойдет, та — заплещет в ладони.
вернуться
«Человек» или «смерть»… — Образ, построенный на начертании двух слов арабским шрифтом, без гласных: «мардум» — «люди», «мурдам» — «я умер» — пишется одинаково.
вернуться
…в прах обратили кумирни во всех городах… — Искоренение зороастризма в Иране Александром — исторический факт. Среднеперсидская «Книга Артак-Вираза» пишет об этом так: «Искендер Румский… пришел и сжег все священные книги. И убил он многих зороастрийских жрецов». Пять веков спустя восстановить зороастрийские книги удалось Сасанидам с большим трудом.
вернуться
В день весенний Джемшида и в праздник Саде… — Два основных зороастрийских праздника, приходившихся на весеннее (март — новруз, день Джемшида) и зимнее (январь — саде) равноденствия.