Выбрать главу

ВЕЛИКАЯ РУССКАЯ РЕВОЛЮЦИЯ: 1905-1922

÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷÷

Любая власть есть преступление, она является им автоматически, хочет она того или нет, и те из вас, кто думает иначе, ошиблись адресом. Простите, что повторяю вам тысячу раз говоренные истины: любое сколь угодно благое ваше действие на ответственном посту неминуемо наносит вред части тех, ради кого вы стараетесь. Если вам кажется, что этого не случилось, значит, либо вы невнимательно смотрели, либо человеческое общество изменилось к лучшему, во что позвольте мне, старику, не поверить. Помните: критерием правильности ваших действий будет служить лишь интегральная польза, а критерием оптимальности — минимум человеческих и моральных потерь.

А. Громов «Год лемминга»

От автора

Это длинный и очень сложный разговор о самом противоречивом этапе нашей истории — революции начала XX века. Мы слишком мало знаем о ней, даже если кажется, что все точки над «i» уже расставлены. Достаточно спросить: Почему Ленин называл Октябрьскую революцию буржуазной? Сколько было «опломбированных вагонов» и кто ещё проехал в революционный Петроград через Германию? Как Сталин оказался в лагере сторонников Временного правительства?

Эти вопросы лишь вершина айсберга. Под ней — огромная тайна, называемая Русская революция.

Эта книга — вызов стереотипам и идеологии. Попытка разобраться, чем же на самом деле является для нас этот социальный и политический взрыв, переросший в противостояние Гражданской войны — не спецоперация, не заговор, а исторический процесс, пронизанный собственной, подчас крайне жестокой, но единой логикой.

Эта книга — о природе Русской революции и сути советского строя. Доктор исторических наук В. Калашников в одной из своих статей сформулировал: «Желание поменять историческую память народа с «красной» на «белую» не покидает новую российскую элиту. И это желание постоянно превращает историю далекого прошлого в часть современной политической жизни»[1]. В этом — предельная актуализация поставленного вопроса. Но здесь же кроется опасная ловушка — и «красный», и «белый» образы истории предельно идеологизированы и мифологизированы. Подходить сегодня к тем событиям через призму идеологии и искажённого ей понятийного аппарата победителей и проигравших — всё равно, что, по меткому выражению исследователя революционной эпохи С.А. Павлюченкова, «формулировать научный взгляд на Древнюю Русь в круге понятий средневековой схоластики и религиозной мистики»[2].

Именно такая историческая битва происходит у нас на глазах. В попытках как очернить, так и обелить эпоху Революции и советского строя, нетрудно вычленить наборы специфических тем, утверждений-заклинаний, которым придаётся мистическая, всеобъясняющая сила.

Яркий пример — подсчёт и пересчёт числа жертв эпохи и то, с каким рвением на определённом этапе историки и публицисты взялись за освоение этой новой темы. Финальным аккордом стал выход из под пера ряда западных историков «Чёрной книги коммунизма», подсчитавшей уже число жертв идеологии, причём по всему миру. В предисловии к её русскому изданию академик А. Яковлев, архитектор перестройки, занимавший при Горбачёве пост главного идеолога ЦК КПСС, не скрывает, что как минимум в нашей стране имела место продуманная антисоветская кампания: «После XX съезда в сверхузком кругу своих ближайших друзей и единомышленников мы часто обсуждали проблемы демократизации страны и общества… Группа истинных, а не мнимых реформаторов разработали (разумеется, устно) следующий план: авторитетом Ленина ударить по Сталину, по сталинизму. А затем, в случае успеха, Плехановым и социал-демократией бить по Ленину, либерализмом и «нравственным социализмом». — по революционаризму вообще.

Начался новый виток разоблачения «культа личности Сталина»… с чётким подтекстом: преступник не только Сталин, но и сама система преступна…

Быстро дошла очередь и до Ленина: факты его деятельности потрясали людей, ничего не знавших о мегапреступности вождя»[3].

Размышляя о сделанных в «Чёрной книге…» обобщениях, публицист, редактор литературных программ Би-Би-Си А. Кустарев (Донде) отмечает, «Нам предлагают считать его [коммунизм] «преступным». Но эпоха, обозначаемая в тезисе обвинения как «коммунистическое правление», на самом деле была чем-то иным… это была эпоха революций…

Революция «закладывает новые основы». Эпосы всех народов, включая Ветхий завет, неизменно ставят в начале всех начал насильственный акт. В христианской традиции «Каин убил Авеля»… В русской революции в роли Каина оказались коммунисты. Французская революция обошлась якобинством. Американской революции было достаточно республиканизма. И хотя во всех революциях после русской важную роль играли коммунисты, кровавый характер революций объясняется не тем, что в них участвуют коммунисты, а тем, что они — революции»[4].

вернуться

1

В. Калашников. «В огне крестьянских мятежей проходила третья фаза Гражданской войны» // Санкт-Петербургские ведомости. 12.08.2011 № 149. URL: http://www.spbvedomosti.ru/print.htm?id=10279053@SV_Articles (дата обращения 24.10.11).

вернуться

2

«Россия нэповская» / Н.А. Павлюченко и др. М.: Новый Хронограф, 2002. — 465 с.

вернуться

3

А. Яковлев. «Большевизм — социальная болезнь XX века» // «Чёрная книга коммунизма. Преступления. Террор. Репрессии»: пер. с франц. М.: Три Века Истории, 2001. — 780 с.

вернуться

4

А. Кустарев (Донде). «Как заговорить призрак» // «Ex Libris НГ». 24.09.1998 № 37 (58) URL: http://vivovoco.rsl.ru/VV/NG/GHOST.HTM (дата обращение 24.10.11).